Отцовский договор

На первой же совместной прогулке она постаралась втолковать ему, что как бы хорошо им ни было в постели, как бы им ни нравилось проводить время вместе, вдвоем смотреть сериалы, просыпаться бок о бок, серьезные отношения ее мало привлекают.

– Давай сразу условимся, – сказала она. – У нас с тобой взрослые отношения, не более того. Просто способ удовлетворять потребности друг друга.

Хотя вести серьезную беседу с человеком, который всю дорогу подыскивал какую-нибудь палку, чтобы ее сломать, было не слишком-то комфортно. Он то и дело подбирал с земли камни и метал их в другие лежащие вдоль дорожки камни.

– Эй, ты меня вообще слушаешь? – с просила она.

– Разумеется, – ответил он и указал пальцем на громадный муравейник.

– Ты понимаешь, что я пытаюсь тебе сказать? – спросила она.

– Безусловно, – ответил он. – Я чувствую то же самое. А это еще что?

Он ткнул в сторону оранжевого дорожного конуса с основанием из асфальта, который стоял посреди леса.

– Как же меня это достало, – с казал он, подхватил конус и потащил его назад на парковку.

Несколькими неделями позже она предприняла повторную попытку. Заявила, что не испытывает к нему любви. И едва ли это можно назвать влюбленностью. Сказала, что да, конечно, они спят вместе чуть не каждую ночь со дня встречи, но у нее нет времени на бойфренда, она не хочет себя связывать, она дорожит своей карьерой и свободу свою ценит превыше всего. У нее дедлайны, которые нужно соблюдать, клиенты, которых надо умасливать и начальство, на которое надо производить впечатление, а еще друзья, с которыми надо встречаться. Друзья, которые ей гораздо ближе, которые не младше ее на семь лет и которые отнюдь не разделяют его любовь чилить и тюленить, качать мышцы и тыриться в эти нескончаемые русские немые фильмы.

– Да ладно тебе, это же последний фильм Евгения Бауэра, – ответил он и ткнул пальцем в экран, где действие разворачивалось так медленно, что и не разберешь, а не поставил ли он фильм вообще на паузу. Она объяснила ему, что они вовсе никакая не пара. Он посмотрел на нее большими карими глазами.

– Ты меня любишь, – констатировал он.

– Вот уж нет, – ответила она.

– Вот уж да, просто ты пока не поняла этого, – с казал он и впервые не улыбнулся.

Они встречалось уже месяц, когда она позвала его с собой на вечеринку, которую организовала ее фирма. У «Слюссена»[7]они загрузились в автобус, лучи солнца наискосок скользили по окнам, его татуировки поблескивали. Автобус проезжал мимо паромного терминала «Викинг Лайн», когда она сказала, что у нее есть сын. Он открыл рот и не закрывал его еще несколько секунд.

– У тебя есть дети? – переспросил он. – Почему ты ничего не говорила?

– Ты не спрашивал, – ответила она.

– Обычно такое само по себе выясняется, – сказал он.

– Со мной необычно, – о тветила она. – Д авно уже должен был понять.