Гарри Поттер и Седьмой Курс (СИ)

Кладезь счастья, и пойдёшь

Окрылённый ты назад.

Не возьмёшь — пойдёшь, камрад,

С Пожирателями в ад!

— Видишь, Невилл, какой выдающийся поэт здесь лежит, а ты даже к собственному имени рифму не подберёшь, — упрекнула его Августа Долгопупс и вошла с внуком в палату.

Сразу у двери лежал загадочно улыбающийся автор акростиха Златопуст Локонс. Рядом с ним на койке было длинное зеркало в человеческий рост с просверленной дыркой на уровне пояса. Родители Невилла были скрыты за ширмой.

— Мам, пап, привет, зацените мою коллекцию! — показал им сын свой альбом.

— Лучше б ты себе девушку нашёл, — внезапно поднялся с койки Фрэнк Долгопупс.

— А-а-а, говорящий папа! — перепугался Невилл.

— Мы с Алисой давно выздоровели, болван, Круциатус не приводит к пожизненной потере рассудка. Просто нам стыдно, что ты вырос таким омегой.

— Но я убил змею Того-Кого-Уже-Можно-Называть!

— А я таракана в палате прихлопнул, так мне теперь памятник полагается? Из-за тебя мы даже на людях показаться не можем, нас тут же засмеют!

— Ну уж простите, что я таким уродился! — разозлился Невилл. — И когда же вы выздоровели?

— Где-то восемь лет назад.

— Где вы были восемь лет, когда меня терроризировала бабушка? Почему молчали, когда я вас навещал?

— Мы надеялись, что ты поумнеешь. Но теперь, я вижу, без решительных мер не обойтись. Придётся аннексировать твои дурацкие карточки. Видишь — они молчат, то есть они не против перейти в мою собственность. Мы с тобой родственные души, верно? Да если бы не я, тебя б вообще на свете не было! Рано тебе ещё своё мнение иметь, ещё испортишь альбом ненароком. А у меня он будет в целости и сохранности…

— Ты мне не отец!

Невилл не стал дожидаться, пока Фрэнк выхватит у него плод многолетних трудов, и нанёс ему превентивный удар в нос, после чего пулей выскочил с альбомом из палаты.

— Сынок, ты прав, он тебе не отец! — крикнула ему вдогонку Алиса Долгопупс, но Невилл уже не мог её услышать.

========== Глава 25. Маленькая, да удаленькая ==========

В Хогвартсе начался второй семестр. Рон, Гермиона и Джинни вернулись в Хогвартс и демонстративно не заметили Гарри, помахавшего им рукой.

— Забудем прошлогодние обиды, ведь Высиратели Жизни должны держаться вместе, — воззвал взрослый Гарри к здравому смыслу.

— Ладно, проехали, — простила его Гермиона. — Кстати, ты не видел мой Маховик времени? Видишь ли, чтобы получить «превосходно» по всем ЖАБА, 24 часов в сутках явно недостаточно.

— Э-э-э… Твой Маховик зациклился во времени и навсегда застрял в прошлом.

— Так ты брал его? Какого чёрта?

— Его откуда-то взял я из будущего и вручил мне из настоящего, после чего я отдал Маховик себе из прошлого. Но клянусь, Гермиона, я понятия не имею, откуда я из будущего достал эту штуковину!

— Ты идиот, Гарри! Нельзя встречаться с самим собой из другого времени! Ты бы ещё потрахался сам с собой! А как я буду теперь готовиться к экзаменам? Никогда тебе этого не прощу, Поттер! — не на шутку рассердилась Гермиона и дала ему пощёчину.

— Высиратели Жизни должны держаться вместе, — повторил Гарри, и Гермионе снова пришлось простить его. Рон и Джинни последовали её примеру и пожали Поттеру руку.

На трансфигурации семикурсники проходили чрезвычайно сложную тему: превращение одного крупного животного в другое. Ради этого урок специально перенесли на улицу, возле хижины Хагрида, любезно предоставившего директрисе, не оставившей преподавание, своих соплохвостов. Ученикам предстояло превратить их в куда более безопасных львов.

Гермиона первая трансфигурировала своего соплохвоста во льва, заперла его в клетку и теперь лениво наблюдала за остальными. Несколько однокурсников уже успели получить серьёзные ожоги и укусы и отправились в больничное крыло составить компанию неизвестной вонючей бабке. Гарри с большим трудом справился с заданием, но его лев не был дрессированным и не желал идти в клетку. Оглушительно зарычав, он покинул заснеженную площадку для урока и побежал к входной двери замка.

Как раз в это время оттуда вышла стайка первокурсниц. Увидев разъярённого льва, почти все девочки завизжали и бросились обратно, но одна из них осталась на месте. Смелая первогодка посмотрела льву в глаза и резко рыкнула. Огромный зверь моментально присмирел и свернулся клубочком. Гарри, Рон, Гермиона и Джинни подбежали к крохотной девчушке, не веря своим глазам. Поборов искушение пригласить её в ряды Высирателей Жизни, Гарри спросил:

— Что ты такое?

— Я Джавелин. Джавелин Байрактар.

— А как ты усмирила этого льва?

— Я лишь сказала ему «будь хорошим мальчиком», и он послушался.

— Ничего ты не говорила! Ты зарычала, мы слышали! — возразил Рон.

— Я поняла! — догадалась Гермиона. — Ты львоустка, ты знаешь львиный язык!

— Но я никогда его не учила! Я не знаю ни одного слова по-львиному! — сказала юная мисс Байрактар.

— Джавелин, кто твой папа? — спросила чуть менее юная мисс Грейнджер.

— Не знаю, он ушёл за хлебом ещё до моего рождения и не вернулся.