Игрушка Тирана

— В любом случае состоится суд над садовником и всеми преступниками, что не чтят закон короны. — брат говорит пафосно, высоко задрав голову.

— Кстати, о преступниках. Очень необдуманно с твоей стороны, братец, заходить в комнату незнакомой женщины. — намекаю на событие, когда моя любовница пыталась убить его.

— Ты про балерину Лику?

— Да.

— Наварро, несмотря на тот случай, в котором, безусловно, виноват исключительно ты, ты все равно притащил девчонку во дворец.

Этельстан не упустит удобного случая упрекнуть меня в том, что я когда-то недоглядел за своей любовницей. Лика спуталась с повстанцами. Они промыли ей мозги. Надоумили, чтобы та убила Императора. Но что взять с человека, у которого, кроме как танцевать под дудку, нет ума. Я вовремя пресек её дерзкий план. Ни один волосок с головы брата не упал, но наслаждается моим промахом. Тыкает носом, как котенка в его же дерьмо.

— Наварро, ты неисправимый бабник. — Этельстан читает нотации назидательным тоном. — Женщины твоя слабость. Тебе нужно жениться на хорошей девушке из благополучной семьи. Докторе, инженере, учёной. Остепенись уже.

Ага, кто бы говорил. Сам себе не отказывает в женщинах, а бабник я. Хотя в чем-то он прав. Я раб похоти. Привожу во дворец девушку, у которой явно мутное прошлое. Желание обладать ею, касаться её тела и слышать, как она стонет, берёт верх над разумом. Мне предстоит выяснить, кто её родители и не связана ли с сопротивлением или террористами. Она такая милая, невинная, что не хочу верить в ее испорченность. Дам её возможность связи с внешним миром. Поставлю слежку. Посмотрим, с кем и о чем она общается.

— Она будет сидеть в комнате под охраной круглосуточно.

— Я пригласил ее на ужин. — только я открываю рот, как брат перебивает. — Это не обсуждается, Наварро. Моя безопасность твоя обязанность.

— Она моя. — я преграждаю путь брату. Стою к нему вплотную. Пристально смотрю в его глаза. — Даже не смей к ней яйца подкатывать.

— И что ты мне сделаешь? — Этельстан пытается делать вид, что ничуть не боится.

— Сожгу твой огород. — говорю сквозь зубы, а у самого уже глаза кровью налились от ревности.

— Ты не станешь. — растерянно тараторит брат. — Кстати, Лорелейя сказала, что в детстве у ее родителей были жёлтые нарциссы.

— Что? — не понимаю к чему он это говорит. Я ему угрожаю, а он опять про свою траву.

— Это очень и очень редкие цветы. Даже в моем саду их нет. — обиженно говорит он. — Выясни, лжёт она, придумала, или правда. Я хочу эти цветы! Хочу, чтобы они были только у меня! — капризно говорит брат.

А вот это интересно. Хорошая зацепка. Мне бы Лора такого не сказала, а у Этельстана язык подвешен. Хоть какая-то польза от него, от языка Этельстана.

— Жду тебя и Лорелейю на аперитив через полчаса. — Этельстан хитро улыбается и уходит, шурша царскими одеждами.