Тебя убьют первым [litres]

– Кислородно-азотный завод. На чем ракеты летают, знаете? Какое топливо?

– Солярка, – буркнула я.

– Правильно, кислород и керосин. Есть еще несимметричный деметилгидразин, но это другая история, мы поговорим о ней позже. А изначально для ракет Сергея Павловича Королева требовался кислород, много кислорода. Вот завод и построили, прямо здесь, на космодроме, в степи. Очень мощный. Теперь его мощностей хватает, чтобы обеспечить все наши пуски недели на две работы.

А потом снова – степь да степь кругом, покрытая верблюжьей колючкой. Параллельно – монотонные столбы электропередач, рельсы железки, странные сооружения на горизонте.

– Космодром, – разливался Денис, – это примерно девяносто километров в длину, семьдесят пять в ширину. Это тысяча двести километров железных дорог, около пятисот километров дорог автомобильных. До самой дальней площадки ехать больше восьмидесяти «кэмэ», час, как минимум.

Он рассказывал с искренним увлечением. Откуда, интересно, такая любовь и тяга?

– Откуда вы все это знаете? – польстила я ему. – Вы здешний?

– Нет, я приезжий, – сухо откликнулся он и не стал, как и вчера, развивать тему.

Поскакал дальше на своем любимом космическом коньке:

– Мы с вами сейчас едем на вывоз и вертикализацию ракеты. Эта процедура всегда, так исторически сложилось, происходит рано утром – чтобы больше светлого времени оставалось с изделием на стартовой позиции работать… Кстати, мне позвонили – господ Иноземцевых, Владислава и Арсения, и Рыжова в аэропорту Кзыл-Орды встретили и везут прямо сюда, на площадку, без заезда в город и в гостиницу.

«Бедненькие мои старики, – подумалось мне. – Ночной перелет, а потом, прямо с колес, на площадку. Как бы нам не уморить дедушек».

– А группа наша вообще будет большая? Или только мы четверо?

– Нет, конечно! Еще семь человек. Из Москвы, Питера, Екатеринбурга и Бишкека. Запуск беспилотный, поэтому туристов немного. В конце марта, когда летели космонавты, группа набралась больше ста человек.

А мы все ехали и ехали посреди пустыни, по раздолбанной дороге. Не думала я, что здесь такие масштабы. Вот ведь размахнулись в конце пятидесятых Королев с Хрущевым!

– Изначально здесь строился сверхсекретный военный полигон, – напомнил Денис. – Под ракету-носитель производства ОКБ Королева, способную добросить до Америки термоядерный заряд. Поэтому и стартовые столы расположены далеко от города. И друг от друга. Чтобы в случае ответного удара меньше разрушений и жертв. Мы сейчас с вами едем на тридцать первую площадку. Только не надо меня спрашивать, по какому принципу они именовались, и почему есть первая, а потом построили сразу тридцать первую.

– Чтобы запутать вероятного противника, – хихикнула я.

– Скорее всего. Тридцать первую здешние старожилы называют женским стартом. Или бабским, извините мне мой сексизм, но так говорят в народе. Это потому, что первой с нее запускали Терешкову, и вообще у нее, у площадки этой, считается, сложный, капризный, истинно женский характер.