Охотник на богов. Начало (СИ)

Будучи окровавленным по пояс, я чувствовал себя настоящим берсеркером, хотя только что избил груду костей чуть не потеряв обе руки. Ладно это, но что делать с раной на груди? Лучшим вариантом было бы прижечь ее, но у меня нет огня и вручную я его добывать не умею.

Хм, внезапно я понял, что совершенно забыл о своей мане. Огонь являлся базовым атрибутом, а значит его мог использовать даже тот, кто этим атрибутом не наделен от рождения. Для создания заклинания мне нужно было совсем немного. В этом мире маги наделяют слова, предложения и фразы магической силой, используя для этого собственную ману. Это позволяет в будущем сразу же использовать заклинания, произнося слова или представляя их, вместо представления целого заклинания у себя в голове. Впрочем, это эффективно не для всех магов, особо опытным магам это не так необходимо; они даже могут менять работу заклинания в процессе его выполнения, что является весьма трудной задачей.

Представив у себя в голове условное обозначение пламени, я решил назвать его словом «игнис». Конечно, я мог бы использовать для этого слова древнего языка, уже наделенные подобной силой; само собой в них было и стандартное обозначение огня, но его я не помнил, как и почти всех остальных заклинаний; оставалось лишь экспериментировать. Результат меня однако удивил; первое использование игниса подняло пламя вокруг меня в радиусе пары метров. Фух, хорошо что я не сжег себя; элемент владельца обычно имеет над ним эффект только если владелец сам того хочет. Немного отрегулировав силу заклинания, я начал прижигать рану, однако у меня ничего не получалось. Пламя просто игнорировало моё тело, словно камень. Странно, и что мне теперь делать? Не найдя выхода лучше, я лег между двумя большими камнями, где меня не должны были увидеть. Горизонтальное положение тела должно помочь с заживлением раны, всё же я использую ману для регенерации, пусть сейчас мой лимит и превышен. К слову, только теперь я ощутил, на сколько сильно вымотался после первого же боя; не удивительно, вчерашний день закалил мой рассудок практически его уничтожив, мерзости вроде той мясной туши я не видел даже в своих самых страшных кошмарах; надеюсь что и не увижу. Наплевав на все правилах безопасности, я закрыл глаза и уснул.

Проснулся я от воя волков, в середине ночи. Яркая луна отбрасывала свет на пустырь, а аббатство при взгляде на него теперь вновь вызывало неприятные воспоминания. Моя рана на груди полностью затянулась, оставив после себя лишь мужественный шрам от бедра до ключицы; и это за какой то десяток часов? Приятное открытие, только вот рука по прежнему не отвечала; видимо с переломами это работает иначе. Встав, я выглянул из за камня; примерно в двухстах метрах от меня медленно проходили какие то облезлые собаки, напоминающие койотов или гиен. С детства я боялся собак, и потому сейчас мне меньше всего хотелось встречаться с ними в открытом противостоянии. Сев за камень, я стал наблюдать за ними при помощи магических чувств, в ожидании когда они уйдут. Хах, если бы всё было так просто; почуяв запах запекшейся крови, шавки двинулись в мою сторону. Похоже, на очереди у меня второй раунд. Не долго думая я запрыгнул на высокий камень, и стал следить за приближающимся отрядом гиен, коих насчитывалось порядка пятнадцати штук. Да уж, клинком тут орудовать не выйдет, слишком много противников, а я слишком медленный. К счастью, у меня был запасной план. Дождавшись момента, когда противник отступил камень, я поджег себя вместе с камнем и всем окружающим в радиусе нескольких метров. На всю округу поднялся безумный визг, а отвратительный запах жареного мяса уже смешался с запахом угля. Одна, особенно отчаянная гиена, прыгнула прямо в огонь, уцепившись зубами за запястье моей висящей руки; к счастью, надолго ее не хватило; уже через несколько секунд от нее остались лишь голые кости, видимо вблизи меня температура выше, ибо остальные собаки жарились значительно медленнее.