Начало пути [СИ]

— Это смертельная рана, аниран, — равнодушно произнёс Имхад, наблюдая за мной. — Кровь пузырится на краях. Тебе не выжить… Помоги мне и отпусти. Накали металл, как умеешь только ты, прижги мои раны, останови кровотечение и отправляйся на встречу с Фласэзом без долгов. Позволь мне свершить кровную месть и обрести спокойствие. Если я выживу, войду в святой храм Обертона, помолюсь за тебя триединому богу и воздам хвалу, как достойнейшему из врагов.

— Это очень благородно с твоей стороны, — не скрывая ехидства, прохрипел я. — Пустить стрелу в спину, а потом воздавать хвалы в храме. Воистину ваш умирающий мир куда чудовищнее, чем мой. Один травит анирана, а затем отправляет убийц по следу. А двое других, зная, какой грех совершают, нападают исподтишка, движимые ненавистью и алчностью.

— Я плохо понимаю те слова, что ты говоришь, — вяло пожал плечами Имхад.

А в следующую секунду его голова взмыла над плечами и полетела в сторону реки. И в этот раз, выпуская щит на волю, я не испытывал ни сомнений, ни угрызений совести, ни раскаяния. У меня не было никаких эмоций, когда я лишал жизни третьего человека в этом мире. Я был убеждён, что мерзавец заслужил такую участь.

Ногами я отпихнул обезглавленное тело и безразлично уставился на монетки, которые сжимал в руке. Похоже, узнать их ценность мне так и не придётся. Скорее всего регенерация не справится с пробитым лёгким. Само по себе оно не заживёт. Тут нужно срочное хирургическое вмешательство. Да и то не факт, что подобное вмешательство поможет. Видимо, финита ля комедия.

— Ну, по крайней мере Дейдра в безопасности, — с лёгкой улыбкой на устах повторил я вслух. — Теперь я точно это знаю. С помощью бабушки она вырастит ребёнка и, возможно, он сможет что-то изменить. Или прожить достаточно долго, чтобы стать последним, кто увидит закат этого мира… Надеюсь.

Я прислонился спиной к стволу, рядом с которым ранее лежал Имхад, и облегчённо выдохнул. Мышцы расслабились, дышать стало немного легче. Затем я осмотрел прижжённую рану и действительно увидел пузырьки воздуха вокруг неё. Попробовал прикрыть дыру левой рукой, но прикосновения причиняли страшную боль. Я поморщился и посмотрел на измазанную кровью ладонь.

— Чёрт, так и не узнал, что там, — прошептал я, рассмотрев метку в середине. Вытер кровь, с огромным трудом согнул мизинец и надавил. В ту же секунду меня словно что-то отодвинуло от дерева. Я выпрямился, услышал лёгкое, практически неслышное гудение и скосил глаза вниз.

Вокруг моей талии с безумной скоростью вращалась энергия. Я попытался сфокусировать взгляд на этой карусели, но не смог. Вестибулярный аппарат предал меня. Голова закружилась и содержимое желудка выплеснулось прямо на кроссовки. Затем оранжевое поле у талии замерло и принялось с лёгким свистом разматываться, словно нитка на катушке. Тончайшие полосы энергии закружились спиралью над моей головой и, подняв глаза, я увидел острую длинную иглу, на кончике которой пульсировал оранжевый огонёк.