Your Mistake

Как удалось в свое время отхватить такую красоту у сжимавших кольцо заповедников, осталось загадкой. Случайно урвал, – смеялся Мак-Феникс. – По знакомству. Приехал, увидел – и отдал все, что тогда имел на руках, еще и в долги залез.

Я боялся даже представить, во сколько обошлась эта земля вокруг, земля, не приносившая никакого дохода и служившая лишь одной цели: дать своему владельцу пожить в одиночестве.

Обратно мы возвращались, беседуя об истории Дорсета и размышляя вслух на философские темы. В истории Мак-Феникс кое-что смыслил, а вот в философии оказался профаном, впрочем, его наивные суждения оказывались порой настолько меткими, что поставили бы в тупик мэтров этой лженауки.

За обедом, приготовленным немым Тимом, мы продолжали спорить. Сэр Курт выказал немалые способности к казуистике: даже загнанный в угол безупречной цепочкой моих рассуждений, он неизменно находил лазейку и шел в атаку с великолепным апломбом, прикрывавшим полное незнание предмета. Меня восхищал и настораживал этот напор, стремление победить, оказаться правым даже в подобной мелочи, в глупом споре; стальные глаза вспыхивали от гнева, едва мне удавалось одержать верх; в конце концов, я вскинул руки и смеясь заявил, что больше не в состоянии переливать из пустого в порожнее. Должно быть, он принял мои слова за почетную капитуляцию, так как рассмеялся в ответ и резко сменил тему. При этом щеки его чуть порозовели от удовольствия.

Выкурив по сигарете, мы прихватили купальные принадлежности и снова отправились на пляж. Я не мог стопроцентно утверждать, что ветер стих, но море в заливе было ослепительно синим и таким ласковым, что я без лишних споров потянул с себя одежду следом за Мак-Фениксом.

Мой пациент, взобравшись на скалу, прыгнул, красиво, изящно, почти без всплеска. Я не рискнул последовать его примеру и просто вошел в воду, действительно прогревшуюся за день. Мы вдоволь накупались, соревнуясь в скорости и совершенстве стиля, потом загорали на песке и снова плавали, пока рассердившаяся невесть на что погода резким порывом предгрозового ветра не погнала нас с пляжа. С моря шла иссиня-черная туча, сверкая раздвоенными молниями; мы наспех оделись и, хохоча, побежали к дому, но ливень настиг, накрыл, и в пять секунд мы вымокли до нитки. Добравшись, наконец, до Стоун-хауса, мы были встречены важным Тимом Питерсом, выдавшим нам два банных халата.

– Сауну для гостя! – распорядился Мак-Феникс. – Не хватало еще, Патерсон, чтобы вы простудились по моей вине.