Русский Гамлет. Трагическая история Павла I

Первый курьер привозит портрет. На что он? Портрет может произвести неблагоприятное впечатление. Пусть он лучше остается в своем ящике. И вот портрет целую неделю лежит завернутым там, где его положили, когда он был привезен, — на моем столе, возле моей чернильницы.

— Что же он, красив?

— Смотря по вкусу. Моему вкусу он вполне удовлетворяет.

Однако, на него посмотрели, немедленно положили в карман, и снова на него посмотрели. Наконец он наполнял собою и ускорял приготовления к путешествию. И вот они в дороге… Я не знаю, но с 1767 года я всегда чувствовала преобладающее влечение к этой девице. Рассудок, который, как вы знаете, часто вводит в заблуждение инстинкт, заставил меня предпочесть другую, потому что большая молодость не дозволяла устроить дело тотчас. И вот именно в то время, когда казалось, что я ее потеряла навсегда, самое несчастное событие возвращает меня к предмету моей страсти».

Императрица говорит о виртембергской принцессе Софии Доротее Августе, на которой еще до первого брака сына она остановила свой взгляд. К ней в Берлин и отправился 13 июня 1776 года цесаревич в сопровождении генерал-фельдмаршала графа П.А. Румянцева-Задунайского и других сановников.

Путешествие по Пруссии было похоже на триумфальное шествие, почести умиляли великого князя. Но особенно его потрясла берлинская встреча с императором Фридрихом Великим, которому в приветственной речи он сказал, что, наконец, исполнилась его давняя мечта «видеть величайшего героя, удивление нашего века и удивление потомства». Фридрих ответил, что он не заслужил столь лестных похвал, и представляет собой лишь хворого седовласого старца, обрадованного приездом к нему сына лучшего своего друга Екатерины.

О своем пребывании в Берлине Павел Петрович писал матери 11 июля 1776 года: «Вчера ввечеру приехал благополучно, где я и был принят с такими почестями, с какими, как сказывают, ни один из коронованных глав не был принят. Королю вручил письмо вашего величества, и повеления ваши к нему исполнил. Он мне на сие отозвался, что ваше величество не можете иметь человека привязаннее и благороднее его. После того был у королевы, и видел всех принцесс. Судите о моем состоянии. Потом был куртаг и концерт, на котором я играл в пикет с королевой. После сего был ужин, где я сидел между ею и королем. Король со мною много говорил и вертел меня с разных сторон.

Гисторическое описание окончив, донесу о другом. Вчера, как скоро приехав, взошел к себе в покои, то пришел ко мне будущий тесть с двумя сыновьями своими. Я нашел его в таких расположениях, каких я описать не могу. Мы оба со слезами говорили долго. Вашему величеству известны расположения сердца моего, с какими поехал. Но за долг считаю вам первой открывать всегда самые скрытные чувства сердца своего, и за первое удовольствие оное поставляю. Я нашел невесту свою такову, какову только желать мысленно себе мог: недурна собою, велика, стройна, незастенчива, отвечает умно и расторопно. И уже извещен я, что если ли она сделала действо в сердце моем, то не без чувства и она с своей стороны осталась».[6]