Пыль и пепел

Клиент съежился под деревом, заслоняя голову руками.

Я медленно спрятал саблю и улыбнулся ему. Тот глядел на меня с невысказанным страхом. Я был гораздо больше него, седой, усатый, в шлеме на голове, с покрытыми татуировками руками: для него я был еще одним демоном.

- Ты умер, - сказал ему я. – Но застрял между мирами. Я могу тебя отсюда забрать.

- Куда? – прошептал тот.

- Туда, куда ты должен был попасть, но не смог.

- Нет! – заорал он неожиданно, голос его был переполнен истерией. Вот это было настолько неожиданно, что я подскочил. – Нет! Я отправлюсь в ад!

Честно говоря, я понятия не имею, что находится дальше. Мы живем на первом этаже, сам я знаю еще второй, и у меня имеются ключи к лифту. Откуда мне знать, как далеко еще до кабинетов Правления? Сотня этажей? Один? Бесконечность?

- Не обязательно, - заверил я его. – Наверняка в тебе имеется что-то хорошее.

- Нет! Сгнию в преисподней! Отойди от меня! Уйди! Боже, помоги!

- Хорошо. Но тогда тобой займутся гули. Или другие, еще более худшие создания. В любом случае, ты останешься здесь. И со временем станешь одним из них. Это никогда не кончится, сынок. Говоря по чести, только-только началось. И никто здесь тебе не поможет. Добро пожаловать в мир Между.

Я вернулся к мотоциклу, забросил плащ в коляску, пнул стартер и поехал.

Он гнался за мной, вопя и размахивая руками. Я глядел в зеркало заднего вида, пока тот не споткнулся и полетел вниз лицом, взбивая вокруг себя серебристый пепел.

Только лишь тогда я завернул и объезжал все более тесными кругами, пока тот поднимался.

- Я воровал! – заорал он. – Убил человека! Не ходил в церковь! Участвовал в нападениях! Вынуждал платить отступное! И, это, требовал за крышу! Сидел в КПЗ! Ругался! Изменял жене! В самый Великий пост! Работал по воскресеньям! Пнул в задницу монашку!..

- Хватит, - перебил я его, остановил Марлену и вырубил двигатель. – Я что, похож на ксёндза? И исповедей не принимаю. И не сужу. Только лишь перевожу на другую сторону.

- Меня переведешь?

- Тогда ты должен заплатить мне обол.

- Это что такое?

- Древние греки верили, будто бы миры живых и умерших разделяет река времени – Стикс. Переплыть на другую сторону было можно, но перевозчику нужно было заплатить обол. Это такая греческая монета. Потому-то в рот покойнику клали денежку. У тебя во рту, случаем, ничего нет?

- В Греции уже евро ходит... – ошарашено пробормотал тот.

- Устроит и евро, - любезно согласился я. – Евро, доллары, злотые, золото, информация, иены, облигации, программное обеспечение – что угодно. Но перевозчику ты должен заплатить.

Он стал хлопать себя по карманам, со всей серьезностью мотая головой, и в конце концов обнаружил Ка своего бумажника.

- Нет, сынок. – Ты не живешь я же возвращаюсь в тот мир. Мне нужны настоящие бабки. На той стороне.

- Я... у меня был бумажник.