Битва за прошлое. Как политика меняет историю
- Автор: Курилла Иван Иванович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Альпина Паблишер
- ISBN: 978-5-9614-7494-7
- Жанр: История
Электронная книга - «Битва за прошлое. Как политика меняет историю». Краткое содержание книги:
Профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге Иван Курилла на конкретных примерах показывает, как меняется прошлое и кому это нужно, а также рассказывает, как наше обращение к истории и ее новая трактовка влияют на внешнюю и внутреннюю политику разных стран.
Книга будет интересна всем тем, кто хочет ориентироваться в современных исторических дебатах в мире и особенно в России.
Прошло еще 20 лет, прежде чем в 2016 году президент США Барак Обама первым из американских президентов посетил Хиросиму и возложил венок к кенотафу (символической могиле) погибших японцев. «Мы разочарованы, — сказал тогда внук японки, пережившей атомную бомбардировку, — что президент не извинился за бомбу, но все же признательны ему за этот визит»[47].
«Музеи идентичности»
Выставки и музеи предлагают развернутый рассказ о прошлом, и этим близки учебникам. Некоторые музеи «рассказывают» всю историю нации, другие, как и выставки, посвящены отдельным событиям или проблемам, но всегда они предлагают свою версию связи и последовательности событий и потому так же являются предметом внимания политиков и зачастую манипуляций прошлым.
Американские нарративы расколоты по линиям «политики идентичности». Поэтому главные исторические музеи в столице страны — филиалы Смитсоновского института — представляют несколько разных репрезентаций прошлого. Музей национальной истории — главный музей, представляющий прошлое нации, — охватывает основные события и социальные перемены от первых английских поселений на американском побережье до современных США. Экспозиция не является непрерывным историческим повествованием, скорее это набор отдельных сюжетов, представляющихся авторам важнейшими, но субъект этой экспозиции — американская нация, и музей рассказывает историю ее становления.
В этом музее традиционно не находилось места истории американских индейцев, и до сравнительно недавнего времени посвященная им экспозиция размещалась в соседнем Музее естественной истории, через несколько залов от динозавров и мамонтов. Однако подъем волны мультикультурализма и рост политики идентичности привел к созданию отдельного Музея американских индейцев (решение о его создании принято конгрессом в 1989 году, открыт в 2004-м), полностью посвященного истории и культуре коренных американцев. И лишь после того, как этот музей заработал, в американской столице началось сооружение Музея афроамериканской истории и культуры (решение принято в 2003 году, открыт в 2016-м). В результате историю американцев сейчас представляют три музея, каждый из которых посвящен одному из нарративов американской идентичности. Очевидно, что на этом дробление нарративов не прекратится: летом 2020 года палата представителей конгресса одобрила закон о создании Музея истории и культуры американцев латиноамериканского происхождения (latinos), и в конце года развернулась борьба за поддержку этого решения Сенатом[48].
В России в последние десятилетия можно наблюдать подъем новых нарративов, подчеркивающих локальную идентичность, переосмысление значения краеведческих музеев и конструирование «местных брендов», однако традиционно репрезентации прошлого расколоты у нас по идеологическим линиям. Наиболее выражено здесь противопоставление государственнического нарратива нарративу свободы. Именно отношением к ценности сильного государства и свободы отличаются музейная экспозиция Ельцин Центра в Екатеринбурге или Музея политической истории России в Санкт-Петербурге от нарратива мультимедийных выставок «Россия. Моя История».
Музейные экспозиции: консервативный поворот?
В 2012 году крупнейший исторический музей Канады, Музей цивилизации, был переименован консервативным правительством Стивена Харпера в Музей канадской истории, и в его экспозиции акцент сместился с социальной истории (рассказа о прошлом разных групп населения Канады) на политическую и военную историю страны. Критики утверждали, что это решение превращает прошлое Канады в музейном отражении в часть «партийных планов»[49].
В 2017 году Музей Второй мировой войны, построенный в Гданьске по уникальному проекту и ориентированный на универсальную перспективу — показ ликов войны в разных частях мира, — оказался не по нраву пришедшей к власти в Польше консервативной партии «Право и Справедливость», в результате чего команда, создававшая экспозицию, была отстранена от работы, а новое руководство переделывает музей в «национально ориентированный»[50].
В России большие споры вызвало создание и клонирование в больших городах мультимедийных выставок «Россия. Моя история». Развернутый под эгидой Русской православной церкви при ведущей роли митрополита Тихона (Шевкунова), проект начал постепенно переходить под контроль Российского военно-исторического общества[51]. В экспозициях выставок связующую роль играло православие, многие исторические персонажи начиная с эпохи феодальной раздробленности были маркированы как прозападные и антизападные, причем западная ориентация преподносилась как ошибка («Западу доверять нельзя»). Декабристы и диссиденты в экспозиции показаны как заблуждавшиеся люди, игрушка в руках антироссийских сил. Антизападнический и антилиберальный нарратив выставок был сначала иллюстрирован множеством цитат, приписанных известным людям, часть которых на поверку оказались фальшивыми[52]. После этого организаторы выставок обратились к профессиональным историкам и убрали такие цитаты из экспозиции.
47
Rich, Motoko. President Obama Visits Hiroshima // The New York Times. May 27, 2016.
48
Ileana Ros-Lehtinen and Ken Salazar. Where Is the Smithsonian Museum for American Latinos? // The New York Times. November 15, 2020.
49
Aronczyk, Melissa, Brady, Miranda J. Branding History at the Canadian Museum of Civilization // Canadian Journal of Communication, 2015. Vol. 40. P. 165–184.
50
Clarkem David, Duber, Pawel. Polish Cultural Diplomacy and Historical Memory: the Case of the Museum of the Second World War in Gdansk // International Journal of Politics, Culture, and Society. 2020. Vo. 33, P. 49–66.
51
Казьмина В. П. Исторические парки «Россия — моя история» как отражение трансформаций институционального измерения российской политики памяти // Политика памяти в современной России и странах Восточной Европы: Акторы, институты, нарративы. — СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2020. — С. 172–187.
52
См., в частности: Мосин А. Г. «Моя история» или «Моя мифология»? // Историческая экспертиза. 2018. № 1 (14). — С. 82–92.