Зайтан-Бродяга. Тихий город
- Автор: Слобожанский Илья
- Язык: русский
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Зайтан-Бродяга. Тихий город». Краткое содержание книги:
Зайтан-Бродяга искатель, он, как и другие жители крепостей-посёлков ходит на промысел в Тихий город. В обветшалых домах прячутся дикие звери и бандиты. Трава, деревья, насекомые, растрескавшиеся потолки, стены — всё это может убить. Искатели залезают на чердаки, опускаются в подвалы, выгребают из брошенных домов всё то, что может пригодиться для жизни в крепостях-посёлках.
— Разбойники говоришь? — Не поверил я в душегубов. Если они в лесу, почему меня не тронули? Умеет Гунька приврать и нагнать страхов. — Обдирает Хабибула охотников, — пояснил я. — Вот и решили его проучить. Переждут недельку другую и наведаются. Мясо товар скоропортящийся. — Я осмотрелся, пусто вокруг точно все вымерли. В прежние времена не протолкнёшься, вояки, торгаши, попрошайки, пьяницы. А сегодня, двери, что по обе стороны коридора раскрыты нараспашку, нет постояльцев. Тихо, как среди руин. — Ты лучше скажи, куда народ подевался? Почему вояки ушли? Им-то, кого бояться?
— Ты что не в курсе?
— Нет.
— Ближнюю заставу пожги. Вот и свинтили вояки по шу-
строму, ушли к своим на подмогу.
— И что, подмогли?
— Не знаю. Может и подмогли?
— А кто напал?
— Мне-то откуда знать? Вернутся, расскажут. — Гунька потянул меня за рюкзак. — Слышь, Бродяга, у тебя побрякушек нет?
— Чего? — Впервые слышу, что бы в Бочке интересовались разным хламом.
— Тут это. — Гунька замялся. — Нужно мне.
— Не томи.
— Пришлые за побрякушки патроны горстями отсыпают. За цацки, можно новый автомат выменять. У Шваньки и её девок все колечки да серьги сменяли. Вот я и подумал, может у тебя завалялось?
— Нет у меня побрякушек. Не интересуюсь. Тебе к пришибленным нужно. У них этого добра выше крыши.
— Это я и без тебя знаю. — Тяжело выдохнул Гунька. — Да где их нынче сыщешь? Они-то и раньше к нам редко захаживали. А если про Пуздро прознали, так и вовсе дорогу позабудут.
— Это точно. Забудут. И не только они.
— Ты в контору?
— Угу.
— Как сменяешь барахлишко, приходи в питейную. Дело есть.
— Дело?
— Ага. — Гунька осмотрелся, опасаясь чужих ушей. Нет вокруг ни одной живой души, пусто. Странно ведёт себя Гунька. Отошёл, заглянул за незапертую дверь прикрыл её плотно. Вернулся, шепчет мне на ухо. — Ничего не спрашивай, потом расскажу. Сядем за стол, выпьем по кружке кислой. Там и поговорим. Дельце прибыльное. Согласишься, не пожалеешь.
— Ладно, приду. — Пообещал и мы расстались. Гунька ушёл в одну сторону, я в другую.
В конторе пробыл не долго. Сменял на патроны и кредитную марку в питейную Гундосого — два подсвечника, четыре фарфоровые чашки и резную шкатулку. Торга совсем не было, заплатили столько, сколько запросил. Один я искатель на трёх приёмщиков. Конкуренция у них. Увидали запарник с цветастыми рисунками и пару маленьких чашечек, за руки хватать начали. Был соблазн обменять, но я удержался. Пообещали за них новую куртку и хороший кожаный ремень для винтовки. Не отдал. Отнесу Шваньке в уплату за комнатушку и свежие простыни. В чистоте, да ещё с девицей куда приятней чем у Гундосого на постоялом дворе с клопами и мухами лежак делить.
Шваньке Розовощёкой такие штучки нравятся. Сменяю, ещё и поторгуюсь, может, патронами разживусь? Карлуха сказал — она нынче в наваре. Вещицы что я отрыл знатные, не каждый день такое найдёшь, редкая удача, подфартило. К Шваньке схожу чуть погодя, сначала в питейную-лавку, живот с голоду к спине прирос. Для Гундосого тоже кое-что имеется. Откопал среди развалин две целёхонькие бутылки из стекла. Одна жёлтая, плоская с выпуклыми надписями, вторая синяя почти круглая. Гундосый в такую посуду лучшее пойло наливает, и ставит на полку. Цена на кислую вырастает в трое, когда и в четверо.
А вот и лестница что ведёт в лавку, и здесь никого. Куда все подевались?
— Бродяга! — Не успел я переступить порог, как позвал Гунька. — Ты где ходишь?! Иди к нам!
В питейной уж как-то тихо для этой поры. Заняты два
стола из дюжины. Пенчук и его семейство, они ближе к двери ужинают. У Пенчука большая семья, пятеро мальцов погодок, жена Тлинька и её брат Шурка-Косой. Кивнул я им, поприветствовал семейство. В ответ тоже закивали, мальцы помахали ручонками.
— Топчи к нам!!! — Зовёт Гунька. — Заждались!
Гунька в окружении троицы мужиков в военной форме. У каждого по кувшину с кислой. На доске, порезанный ломтями шмат мяса, две не тронутые мучные лепёшки. Большой кухонный нож торчит в столе, перед Гунькой бочонок зелёной пасты. Я эту пасту на дух не переношу. Воняет она болотом и горькая, язык жжёт. В эту дрянь мясо макают. Меня от неё воротит, а вот здешним нравится. Мясо без неё не едят.
— Присаживайся. — Указывая взглядом на лавку заговорил суровый дядька. На вид лет сорок с хвостиком. Гладко выбрит, волосы короткие с проседью. Взгляд колючий. — Ты и есть тот самый, Бродяга? — Спросил он, придирчиво осматривая меня с ног до головы. Глядит с прищуром точно на рынке к товару приценивается. Не люблю я, когда на меня так смотрят.