Тайна зеркала 2

– Ты чё плетешь, гад? – Толяну надоело слушать невнятные словоизвержения и он угрожающе надвинулся на низкорослого племянника.

Тот испуганно отшатнулся и снова бросился к машине, но на этот раз не стал прятаться внутри.

– Я… Собственно…. Вот! – с этими словами он распахнул заднюю дверцу, и из неё вывалился хвост. Огромный черно-белый хвост. Потом машину качнуло, будто волной мощного землетрясения, и хвост исчез. Вместо него появилась черно-белая собачья морда размером с баскетбольный мяч.

На лицах присутствующих отразились разные степени немого изумления: Катины брови взлетели вверх; Толян разинул рот; и даже каменная невозмутимость Кентавра дала трещину – глаза его удивленно округлились.

Большая черно-белая собака зевнула, распахнув зубастую пасть так, что в неё бы с легкостью поместилась голова толстенького Петра Антоновича, подобрала лапы и легко выпрыгнула наружу. Машина опять покачнулась, жалобно скрипнув. Пес потянулся, встряхнулся и пометил мощной струей колесо Тойоты. Потом он неспешной трусцой обогнул машину, приблизился к застывшему Толяну, обнюхал его ноги и весело помахал хвостом.

– Что это? – нахмурился Кентавр.

– Это подарок для тёти! – радостно пояснил Пётр Антонович. – Мне сказали, что она живет в безлюдном месте, и я подумал что ей не помешает собака. Это щенок! То есть это она. Ее зовут Багира.

– Щенок? – недоверчиво повторил начальник охраны, глядя на пса, почти достававшего Толяну до пояса.

– Ну да, – с энтузиазмом подтвердил племянник. – Она еще маленькая. Когда я её покупал, меня заверили, что собака получила прекрасную дрессировку и очень любит играть.

В подтверждение его слов пес радостно взвизгнул, встал на задние лапы и поставил передние Толяну на плечи. Морда его оказалась на одном уровнем с лицом охранника. Толян, с детства панически боявшийся собак, отклонился назад как можно дальше и перестал дышать.

– Багира, иди сюда, девочка, – позвал Пётр Антонович и призывно зачмокал губами.

Багира не реагировала. Ей гораздо больше нравилось обнюхивать Толяна. Она еще раз тихонько взвизгнула и дружелюбно лизнула его щеку. Грязь из лужи, густо покрывающая охранника с ног до головы, пришлась ей не по вкусу. Она сморщила нос и оглушительно чихнула несчастному прямо в лицо.

Этого Толян, парализованный страхом, вынести уже не смог. Он в ужасе отпрянул назад и потерял равновесие. Ослабевшие ноги подогнулись, и охранник плашмя рухнул на спину, прямо в мокрые придорожные одуванчики. Багира подпрыгнула и плюхнулась сверху, радуясь игре, потом вскочила и с заливистым лаем принялась носиться вокруг неподвижно лежащего Толика. Видя, что тот не шевелится, собака поставила свои лапы ему на грудь и громко, требовательно тявкнула, дескать "чего разлегся, давай играть.”

– Багира! – строим голосом повторил Пётр Антонович, бросив извиняющийся взгляд на Кентавра. – Она вообще-то послушная. Просто в машине засиделась.