ПолЛЮЦИя, ЛЮЦИфер, РевоЛЮЦИя. Часть 5
- Автор: Ясинский Олег Валентинович, Ясинская Надежда Александровна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «ПолЛЮЦИя, ЛЮЦИфер, РевоЛЮЦИя. Часть 5». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
Марина приняла дрожащей рукой, поднесла к губам, судорожно глотнула, проливая на платок, на ватную фуфайку.
Я смотрел и не мог поверить, что «моя Маринка» превратилась в это безобразие.
«Кто в этом виноват? Видимо те, кто ослепил неизвестного мне Петра. А он, видимо, ей – сын. Только зачем мне чужое горе?».
– Вы полежите спокойно, а я через час приду, принесу лекарства и гостинцев киевских.
– Не надо киевских! – взвизгнула Марина.
– Ладно, принесу других. Вы полежите, – сказал я и боком выскользнул из комнаты.
Глава двенадцатая
26 января 2014 года, воскресенье
(продолжение)
***
Возвратившись домой, я увидел насупленную Веру. Она сидела на кровати, замотавшись в одеяло, и жевала хлеб, запивая сладкой водой из бутылки.
Когда я зашел, Вера глянула недовольно и уставилась в грязное окно.
– Извини, – сказал я. – Спички закончились, хотел у соседки одолжить.
Вера обернулась: в ее глазах застыли слезы.
– Я так больше не могу… – выдохнула Вера. Некрасиво пискнула и разрыдалась, уткнувшись лицом в подушку.
«За сегодня это уже вторая плачущая».
Я присел на кровать, обнял девушку за плечи, поцеловал в висок.
– Не плачь, – прошептал я. – Все наладится. Я пойду к соседке, одолжу спички, мы сварим суп….
– Не нужно спички, – сказала сквозь слезы Вера. – У меня в сумочке есть зажигалка.
– Молодчина, – обрадовался я, чмокнул в косичку. – А зачем тебе зажигалка?
– На всякий случай. У меня и маленький ножик есть, тоже на всякий случай – меня отец так научил.
– Какой мудрый у тебя отец.
***
Вера потянулась, взяла сумочку, вынула и подала мне одноразовую пластиковую зажигалку.
– Вот и хорошо, – я вымучено улыбнулся. – Сейчас растопим печку, сварим суп, покушаем. Одевайся, умойся и прошу к столу.
Не ожидая Вериного ответа, и боясь услышать ПРАВДУ о нашем нынешнем положении, я бодро принялся разжигать печку. Затем поставил кастрюлю с водой на огонь, почистил две картофелины из привезенных двух килограммов. Немного погодя высыпал в кастрюлю пакет супного концентрата, перемешал.
На Веру я старался не смотреть, боясь увидеть ее лицо.
Однако моя амазонка не унывала. Она застелила постель, умылась. Прибрала раскиданные вещи.
К тому времени, когда суп доварился, окружающее пространство приняло обитаемый вид и подобие гармонии.
Довольные, мы сели завтракать.
***
И тут я вспомнил о тетке Марине, которую обещал навестить, но за Вериными слезами совсем забыл.
– Ты не сердись, но мне нужно пойти к соседке, – сказал я, не поднимая глаз от тарелки.
Вера перестала кушать, уставилась на меня.
– Я обещал.
– Пойдем вместе, – сказала Вера.
– Я бы не хотел, чтобы ты туда шла.
– Почему? – с удивлением спросила Вера.
– Ей плохо. Она плачет. У нее что-то случилось.
– Я пойду с тобой!
– Не надо. Я не хочу…
– Зато я хочу! – сказала Вера и решительно отодвинула ложку.
Глава тринадцатая
26 января 2014 года, воскресенье
(продолжение)
***
К Марине мы пошли вместе. По настоянию Веры из своих куцых запасов выделили кое-какие гостинцы: буханку хлеба, горсть карамелек, колечко ливерной колбасы. Положил к гостинцам упаковку «Валидола».
Придя к дому тетки Марины, мы вошли без стука. Я думал, что она все так же лежит в кровати и плачет. Но к нашему приходу Марина уже возилась у плиты – сельская жизнь не предполагает долгих страданий и копания в своем горе. В каждом, даже захудалом, дворе есть живность, которая мычит, хрюкает, кудахчет и хочет кушать вне зависимости от душевного состояния хозяев.
***
Мы зашли, Марина оглянулась: глаза все такие же заплаканные, отрешенные.
Ничего не сказала. Молча продолжила размешивать в двух ведрах варево из картошки, досыпая черпаком грубо помолотую муку. Закончив приготовление, Марина подхватила оба ведра и пошла из хаты.
Раньше, по моей детской памяти, у дядьки Степана и Маринки было большое хозяйство, но сейчас, видимо от него остались жалкие крохи, если судить по ухоженности усадьбы.
***
Тетка вышла. Я положил на стол принесенные гостинцы, подтолкнул Веру к табурету, сел сам.
– Она страдает, – сказала Вера. – Я чувствую.
– Не нужно было тебе приходить.
Вера вопрошающе посмотрела на меня.
– Проблем нам и так достает, – объяснил я.
Вера ответить не успела – скрипнули двери в веранде, затем в хате, зашла Марина. Стала напротив нас, принялась разглядывать меня – будто впервые видела, затем Веру – взгляд на ней задержала подольше.