Салават-батыр
- Автор: Хамматов Яныбай Хамматович
- Год: 2004
- Язык: русский
- Год: Китап
- ISBN: 5-295-03348-1
- Переводчик: Гузэль Яныбаевна Хамматова
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Салават-батыр». Краткое содержание книги:
Проявил интерес к этой теме и писатель Яныбай Хамматов, прославившийся своими романами о великих событиях исторического прошлого башкирского народа, создатель целой галереи образов его выдающихся представителей.
Вплетая в канву изображаемой в романе исторической действительности фольклорные мотивы, эпизоды из детства, юношеской поры и зрелости легендарного Салавата, тему его безграничной любви к отечеству, к близким и фрагменты поэтического творчества, автор старается передать мощь его духа, исследует и показывает истоки его патриотизма, представляя народного героя как одно из реальных воплощений эпического образа Урал-батыра.
С разведкой земных недр у новых хозяев особых проблем не было, так как им активно помогало в этом коренное население. Башкирам помощь в открытии и освоении рудных месторождений ставилась в особую заслугу. Еще в ноябре 1720 года было обнародовано обращение Петра Первого с обещаниями богатого вознаграждения всем, кто будет способствовать освоению природных богатств края. Обманутые пустыми посулами, башкиры-рудознатцы добровольно показывали русским промышленникам известные им залежи железных, медных и золотоносных руд, как и места, где их предки занимались разработкой месторождений задолго до черного нашествия. Да и среди нынешних башкир свои рудопромышленники имелись.
Очень даже пригодились новоявленным хозяевам знания и опыт местных рудознатцев. Это обстоятельство стало важной предпосылкой того, что количество заводов на Урале очень быстро и неуклонно росло.
Пользуясь услугами башкир при поиске полезных ископаемых, власти всеми способами отстраняли местное население от кузнечного промысла. Держать кузницы, использовать железо в хозяйстве, производить оружие башкирам строжайшим образом воспрещалось. Не разрешалось им изготавливать даже наконечники для стрел, а потомственные кузнецы безжалостно истреблялись. При этом не владевшие никакими ремеслами простые башкиры нещадно эксплуатировались на рудниках, на железоделательных, медеплавильных и чугунолитейных заводах, на производствах по сжиганию каменного угля на самых тяжелых работах, не требовавших никакой квалификации, в основном в качестве ломовой силы. А за теми, кто отваживался бежать, организовывалась погоня. Таких либо возвращали хозяину, либо расстреливали на месте без суда и следствия.
Для работы на уральских заводах огромными партиями пригоняли и каторжников-колодников — воров, убийц и насильников. С каждым разом их количество увеличивалось. Вынужденные общаться с ними, некоторые башкиры пристрастились к водке, стали забывать привитые им законами ислама приличия, а уральская земля превращалась тем временем в колонию старообрядцев.
«Богата и щедра природа Урала. Видно, в этом-то и вся наша беда, — подумал Юлай и не смог сдержать вздох. — Кабы не было этого богатства, никто бы на наши земли, верно, и не позарился бы. И жили б мы себе припеваючи, как, бывало, наши далекие предки, разводили бы скот, возделывали бы свою землю, и не оказались бы в таком плачевном положении».
Не спится Юлаю, озабоченному страшной судьбой его народа. Да и разве уснешь с такими мыслями…
IV
Сон пришел к нему почти на заре. А заснул Юлай до того крепко, что даже не заметил, как поднялась и вышла из юрты Азнабикэ, не слыхал, как переговаривались снаружи женщины и кричала на все лады скотина. Пробудиться от позднего сна его заставил лишь внезапно раздавшийся неподалеку мужской голос. Он приоткрыл глаза и тут же зажмурился, приняв спросонья лучи утреннего солнца, проникавшие внутрь юрты сквозь открытый отдушник и щель возле входа, за отблески пожарища.
Юлай облачился в нарядный казакин, обвязался шелковым кушаком и вышел. Не обнаружив возле юрты ни души, он как будто успокоился. Однако, увидав пару оседланных лошадей, привязанных к изгороди, снова насторожился. Вот оно что! Оказывается, Юлай слышал чужой голос вовсе не во сне, а наяву. Кто же оставил здесь этих лошадей? И непонятно, куда подевались его жены.
— Э-эй, есть тут кто-нибудь?
— Я здесь, атахы, — откликнулась Азнабикэ, выходя из второй юрты.
— Ты не знаешь, чьи это лошади?
— Того урыса, которого Ырышкоф зовут.
— А сам он где?
— На речку пошел.
— Неужто и Салават там?
— Не только. Вся детвора следом побежала.
— А меня почему не разбудили?
— Жалко было. Ты ведь всю ночь без сна промаялся.
— Ну и что! В следующий раз так не делай, бисэкэй[18]. Буди, когда кто чужой заявится, — проворчал Юлай и отправился к реке.
Вскоре он показался вновь, ведя к юрте русских. Суетившаяся возле летней кухни Азнабикэ уже издали успела заметить, что у мужа приподнятое настроение. Его лицо так и светилось.
— Атахы, где накрывать? — обратилась она к Юлаю.
— Лучше на свежем воздухе.
Общительный Салават уже успел подружиться с младшим сыном Рычкова Николаем, взяв его под свою опеку. Они все время держались вместе. Дождавшись их, Юлай стал приглашать гостей к табыну.
18
Бисэкэй — женушка.