Оковы призрачных вод
- Автор: Ллирска Бранвена
- Серия: Глейп-ниэр #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Оковы призрачных вод». Краткое содержание книги:
Поначалу Эйтлинн только смеялась, потом все же стала потихоньку ворчать. Особенно, когда юный Ллевелис, которому такой образ жизни как раз пришелся более чем по душе, выучился рассеивать иллюзии самостоятельно и превратил это дело в веселую забаву. Веселую больше для него самого, но не для жертв этого развлечения. Мальчишка выбирал момент, когда кто-либо меньше всего ожидал, что стул или кровать исчезнет прямо под ним, с исчезнувшей полки свалится графин, а вода из исчезнувшего уже в полете графина выльется за шиворот — и с наслаждением проделывал этот фокус. Киэнн только втихаря посмеивался. Фоморка долго терпела, но потом все же вознамерилась задать хорошую взбучку им обоим: и сыну, и мужу. Тут Киэнн, разумеется, принял весь удар на себя и в очередной раз пообещал в ближайшее время покончить с иллюзиями — дабы не провоцировать юного короля на шалости подобного рода.
Ну и… Все осталось по-прежнему. Не то, чтобы Киэнн сознательно врал Эйтлинн, он действительно собирался все исправить, но, признаться, слабо представлял себе, как это сделать. Идеальным выходом, с точки зрения моральных норм фейри, было украсть что-то взамен украденному у самого похитителя. Но при этом украсть полагалось что-либо не менее ценное, или выкрасть свою же вещь обратно. И дело даже не в том, что с кражей Киэнн все еще мог не справиться — это как раз его не слишком пугало — но такая манипуляция отняла бы уйму времени и сил. Того самого времени, которого у Киэнна, с большой вероятностью, оставалось в обрез, а потому куда больше он хотел посвятить его Ллевелису. Маленькому королю предстояло узнать и понять множество важных вещей, и большинству из них научить мальчика мог только Киэнн.
И, надо сказать, одна лишь боязнь переусердствовать или и впрямь дурно повлиять на юного наследника удерживала Киэнна от того, чтобы посвящать сыну двадцать пять часов в сутки. Он спешно учил своего короля законам Маг Мэлла и языку шилайди, стоически сносил его злые детские капризы и жгучие укусы Серебряной Плети (чаще всего доставалось, конечно, за вранье — побороть этот порок Киэнну так и не удалось), а вместо сказок рассказывал историю семьи Дэ Данаан и тысячи историй населявших Маг Мэлл фейри, искусно вплетая в рассказ знания о их природе и нравах, силах и слабостях, обычаях и родственных связях — все то, что могла и должна была хранить только абсолютная и безграничная память короля-сида. Оттуда все это никому не выкрасть, не подсмотреть, не присвоить. Лучше сейфа, и всегда при себе. Пока носитель жив…
Конечно, учитывая обстоятельства, Киэнн мог бы наплевать на тысячелетние традиции Дэ Данаанов, но древняя легенда (а к легендам он стал относиться куда более серьезно и осторожно) гласила, что тот Дэ Данаан, что посмеет доверить знания, полученные от предков, чему-то, кроме собственной памяти и памяти наследника — память эту утратит прежде, чем закончит работу. Рисковать как-то не хотелось.
Всю домашнюю работу Киэнн также поначалу пытался взять на себя, поскольку был к ней уже более чем привычен. Да и работы той в Карн Гвитатире, не в пример Бейн Ваису, почти не предполагалось: на первых порах даже посуда у семейства оставалась иллюзорной. Все стало понемногу меняться после первой Лунайсэ. На которую Киэнн поехал вопреки увещеваниям Эйтлинн. Конечно, она могла бы ему напрямую запретить ездить туда. И Лу мог, даже еще вернее. А потому пришлось пускать в ход все свое искусство лжеца и манипулятора. Но наврать о том, чем именно является Лунайсэ у фейри Киэнну, конечно, не удалось. Да он не слишком и пытался — за такое вранье можно поплатиться чем-то ценным и важным. И, разумеется, Эйтлинн, услышав, что будет происходить на сборище Лунайсэ и чем это может грозить Киэнну, сразу вознамерилась ехать с ним. Но, здраво поразмыслив, умница-фоморка все же пришла к выводу, что рано Ллеу смотреть на такое. И здесь как раз Киэнн был с ней полностью солидарен: будет с ребенка потрясений, на первом-то году жизни. Потому что Лунайсэ магмэллиан вовсе не была веселым праздником начала жатвы. Совсем другие плоды пожинали фейри в грозную ночь Лунайсэ, и те немногие смертные, кому довелось на ней побывать, звали ее не иначе как страшным шабашем демонов и ведьм. Лунайсэ была ночью магмэллианского правосудия.
А если еще точнее: единственной ночью в году, когда, в соответствии с древней традицией, те, кто не мог постоять за себя сам, получали полное право требовать воздаяния для своих обидчиков. И звалась она еще Ночью Воющих Баньши, потому что бал на Лунайсэ правили именно они. И ежели какому безумцу пришла охота отрицать собственную вину или возводить напраслину на невинного — смотрящие назад во времени особенно жестоко карали лжеца. Впрочем, случалось такое нечасто — стать добычей баньши не хотелось никому.