Крым, Северо-Восточное Причерноморье и Закавказье в эпоху средневековья IV-XIII века
- Автор: Плетнёва Светлана Александровна, Айбабин Александр Ильич
- Год: 2003
- Язык: русский
- Год: «Наука»
- ISBN: 5-02-008787-4
- Жанр: История
Электронная книга - «Крым, Северо-Восточное Причерноморье и Закавказье в эпоху средневековья IV-XIII века». Краткое содержание книги:
Восточная граница некрополя не изменялась с I по VI в. В результате раскопок, проводившихся в примыкающей к горе Митридат приморской части города, слои V–VI вв. выявлены у церкви Иоанна Предтечи (Макарова Т.И., 1991, с. 130–136, 143). В 1990–1993 гг. неподалеку от нее открыты узкая улица и квартал усадеб, возведенный в первой половине V в. на месте разобранных позднеантичных домов.
Захват гуннами небольшой части европейского Боспора не оказал заметного отрицательного воздействия на экономику царства. Земледелие продолжало оставаться основой экономики уцелевших городков и поселений (Зенонов Херсонес, Генеральское и другие). Их население занималось также виноградарством и рыболовством (Масленников А.А., 1992, с. 167–169). Судя по тексту надписи 486 г., знатный боспорец комит Саваг сын Аристона владел большими рыбопромысловыми угодьями (Виноградов Ю.Г., 1998, с. 238, 240). Происходящие из культурных напластований и погребений V — первой половины VI в. многочисленные привозные подвязные и двупластинчатые фибулы, амфоры, краснолаковые и стеклянные сосуды из Подунавья, Южного Причерноморья и Средиземноморья говорят о сохранении в данный период активной торговли с названными регионами империи.
Однако присутствие гуннов на Боспоре не прошло бесследно.
Жители Боспора воспринимали все новшества, возникшие в Подунавье и в других провинциях. В первой половине V в. греческая и аланская знать Боспора переняла у соседних гуннов возникшую на Дунае моду на золотые, украшенные вставками из граната изделия нового полихромного стиля. По дунайским образцам такие изделия изготовляли и в боспорских мастерских (Амброз А.К., 1992, с. 72; Засецкая И.П., 1993, с. 34). Тогда же боспорские женщины стали носить такие же, как и дунайские, гладкие двупластинчатые фибулы (табл. 3, 98, 99, 104, 110), серьги с многогранником и широкие пояса с большими пряжками (табл. 3, 136), с середины V в. — пряжки и двупластинчатые фибулы с кербшнитным декором или его имитацией, броши в форме цикады (табл. 3, 152–154), а с начала VI в. — ранние пальчатые фибулы с резными концентрическими ромбами на ножках (Айбабин А.И., 1990, с. 70; Масленников А.А., 1992, рис. 17, 17, 18).
Судя по некрополям, в рассматриваемое время этнический состав населения европейского Боспора почти не изменился. На стене керченского склепа 491 г. и на эпиграфических памятниках встречены греческие (Евсевий) и аланские (Фаиспарта, Спадин) имена (Кулаковский Ю.А., 1891, с. 6, 22, 23). Аланскими именами называли и греков, например, Саваг сын Аристона. Рядовые боспорцы и знать использовали прежний обряд захоронения.
Для освещения рассматриваемого периода в Крыму прежде всего важны находки второй половины III — первой половины VI в. В результате изучения типологии находок и их взаимовстречаемости в составе закрытых комплексов они распределены на шесть групп.
Хронология захоронений первой группы основана на пряжках и наконечниках ремней, найденных в Керчи, Нейзаце, Херсонесе (с монетой 180–192 гг.) и на Черной речке в могиле 35 (табл. 1, 10) с фибулами второй половины III в. (табл. 1, 26, 32). На Черной речке в нескольких могилах с кувшинами, сделанными до середины III в. (табл. 1, 4–6), встречены одночленные подвязные фибулы I серии (табл. 1, 8) (Амброз А.К., 1966, с. 49, 50, 52), которые носили и во второй половине того же столетия. В Дружном в подбойной могиле 2/1984 нашли краснолаковые кубок и чашку, изготовленные не позднее середины III в. (табл. 1, 2, 3). Одновременный инвентарь встречен и в некоторых могилах Нейзаца (Храпунов И.Н., 1998, с. 235). На территории некрополя они расположены рядом с могилами второй половины III в. (Бабенчиков В.П., 1963, рис. 1). Данное обстоятельство позволяет предположить, что захоронения в ранних могилах в Дружном и Нейзаце совершили во второй четверти III в.
Захоронения второй группы датированы по монетам 251 г., 262 г., 268 г., 270–275 гг. (Айбабин А.И., 1999, с. 256), а также типичным для второй половины III в. одночленным фибулам второй серии (табл. 1, 32) (Амброз А.К., 1989, рис. 2, 23, 25–28), двучленным подвязным фибулам третьей серии (табл. 1, 14, 31), Т-образной шарнирной фибуле раннего варианта (табл. 1, 15), пряжкам с овальной или сегментовидной рамкой 1-го варианта (табл. 1, 17) (Айбабин А.И., 1990, с. 27, рис. 2, 3), височным подвескам с тисненым декором и вставками из сердолика (табл. 1, 34). В этих могилах найдены краснолаковые сосуды, в основном характерные для II — первой половины III в. (табл. 1, 11, 28, 33), но аналогичные извлечениям на Афинской Агоре из слоя второй половины III — начала IV в. (Robinson Н.S., 1959, p. 58, 59, pl. 14, К106, 12, К31), а также светлоглиняные амфоры (Зеест И.Б., 1960, тип 90, 93) (табл. 1, 21, 36). Красноглиняные амфоры (табл. 1, 20) обычно относят к концу II — первой половине III в. (Зеест И.Б., 1960, с. 113, тип 75, табл. XXX, 75а-з; Абрамов А.П., 1993, с. 47, рис. 54, 6, 16–18) или III в. На территории могильника Чатыр-Даг однотипные амфоры лежали с амфорами типа Зеест 90, а на Кноссосе — в слое середины III в. (Hayes J.W., 1983, p. 153, 166, fig. 25, А78, А79). Стеклянные кувшины (табл. 1, 29) начали производить во второй половине III в. По приведенным вещам захоронения второй группы необходимо отнести ко второй половине III в.