Проклятие [litres]

– Спрашивать не буду, – пообещал он и помог мне отнести сумки из прихожей в столовую, ничего не рассыпав по пути.

Как только я избавилась от ноши, он поприветствовал меня рукопожатием.

– И даже гадать не стану. Вы с мамой делаете поистине святое дело.

– Точнее сказать, чужую работу, – поправила я его, не сводя глаз с переполненных пакетов. – Уж не знаю, как мама каждый раз поддается на уговоры пошить костюмы всем участникам праздника. Не может же быть, что во всем Хорсшу-Бэе больше ни у кого нет швейной машинки!

– Машинка-то, может, и есть, а вот другого такого человека, который незамедлительно предложит помощь и взвалит себе на плечи важное дело, не побоявшись никаких сложностей, тут больше не сыскать. Твоя мама одна такая, – сказал папа, и в его голосе послышалось неподдельное восхищение, которое я тут же уловила – и, кстати сказать, сполна разделяла.

– Твоя правда.

Я выдвинула стул и устало опустилась на него, чувствуя себя примерно как помятые, покосившиеся пакеты передо мной.

– А вообще, знаешь, швейные магазины по субботам – местечко не из приятных. Атмосфера там, прямо скажем, не очень расслабляющая, – продолжила я.

– Охотно верю, – рассмеялся папа.

– Надо найти маму и сказать, что я принесла все необходимое и мы можем начинать сразу же, как она будет готова, – вздохнув, добавила я.

Сама я в этот момент была готова разве что к многочасовому сну.

– Вообще, она сейчас отдыхает.

– Отдыхает?!

На мою маму это было совсем не похоже. В принципе, ни одного из членов семейства Дрю нельзя было назвать лежебокой.

Папа кивнул.

– Она уезжала в изолятор на все утро. Вернулась совсем без сил. Там у нее новый клиент, как она говорит: «Совсем еще ребенок… который просто оказался в неподходящем месте в неподходящее время. И все вокруг против него». Впрочем, сама знаешь, какая она, твоя мама.

– Не то слово.

Мама была социальным работником и обязанности свои исполняла со всей страстью и самоотдачей. К примеру, если новый клиент (вот как сейчас) попадал в изолятор для несовершеннолетних, и ему нужна была помощь социальной службы, мама выезжала незамедлительно, даже в субботу. И общалась с подопечным столько, сколько ему было нужно.

Папа внимательно посмотрел на меня, силясь разгадать, что стоит за едва уловимыми переменами в выражении моего лица.

– Солнышко, ты не переживай. Отдых время от времени нужен всем. А твоя мама, видит бог, заслуживает его как никто другой. Может, ты пока приступишь к работе одна?

– Я могу пока вырезать выкройки, – сказала я.

Пошить все костюмы самостоятельно мне было не под силу, но уж с этой работой я запросто справлюсь. Но сперва надо сделать еще кое-что.

– Но лучше сначала отнесу маме чаю.

– Она будет очень рада, – сказал папа.

В наступающих сумерках я заметила вокруг его глаз тени. У него тоже был усталый вид. Надо держаться и двигаться дальше – больше ничего не остается. Если у мамы трудности на работе, я должна максимально упростить ей жизнь – и пошив костюмов в том числе.