Мощь земли [litres][Die Kraft der Erde]

Я вздрогнула и отшатнулась, когда человек появился у решетки всего на один удар сердца, обхватив прутья обеими руками. Его песочного цвета волосы, сквозь которые пробивались седые пряди, падали ему на лоб. Он прижал лицо к металлу.

Выражение его лица наполнило мои глаза горячими слезами. Было так же, как и с мамой. Апатия. Словно пустая оболочка.

– Он… узнает меня? – запинаясь, пробормотала я. Его пальцы все крепче сжимали прутья.

Я повернулась к сиделке и Нерону. Его лицо отражало, скорее, любопытство, в то время как на ее лице пробежали эмоции, которые я не смогла определить и которые она скрыла, откашлявшись.

– Боюсь, что нет, – пробормотала она. Затем она подошла и положила руку мне на плечо. – Он реагирует только на наше присутствие: это происходит каждый раз, когда медсестры входят в комнату.

Кивнув, я сжала губы, прежде чем снова повернуться к своему отцу. Он также был одет в коричневую рубашку и такие же свободные брюки, которые казались ему слишком большими, хотя он не был таким хрупким, как Агния.

– Что именно с ними случилось? – услышала я словно со стороны свой шепот после того, как успешно сдержала слезы.

Нерон встал рядом со мной. Я не могла перестать смотреть на отца. Неподвижно стоял он у решетки, устремив на нас пустой взгляд.

– Мы можем только предполагать, – тихо ответил мне Нерон. – Тебе было больше года, когда мы их нашли. Им помогали другие… мятежники в городе, я полагаю, поэтому тебе удалось жить с ними так долго. Также нет свидетельств того, что они использовали свои дары в твоем присутствии. Они с трудом могли говорить и не отвечали на простые вопросы, даже не были способны назвать свои имена. Только когда мы попытались разделить их, то смогли вызвать у них реакцию. Они кричали и злились, пока мы не свели их вместе. Врачи сказали, что для их здоровья безразлично, вместе они или нет, поэтому мы больше не пытались разлучить их.

Теперь я повернулась к нему лицом.

– Что такого плохого случилось бы, если бы они использовали свой дар передо мной?

Нерон глубоко вздохнул.

– Сейчас не самое подходящее время для такого разговора. Ты все узнаешь, но сначала я хочу, чтобы ты хорошенько на них посмотрела. Они – причина, Киана. Они – причина всего, что с тобой случилось.

Я взглянула на двух людей передо мной. Мне показалось, что мама на мгновение вздрогнула, но, когда я снова посмотрела на нее, она лежала совершенно спокойно.

А потом, когда я только подумала, что, возможно, Нерон все-таки прав, что дядя Эвелин, каким бы бессовестным он ни был, все время говорил правду, снаружи разразилась суматоха.

Несколько вещей произошло одновременно: проникающие до мозга костей крики пронеслись сквозь закрытую дверь, головы Нерона и рыжеволосой женщины повернулись в их сторону, а моя мать снова рывком поднялась с матраса. Хотя снаружи продолжался шум, я почувствовала внутреннее желание продолжать смотреть вперед, на клетку. Мой отец не сдвинулся ни на миллиметр, но, как только Нерон отвернулся, выражение его лица полностью изменилось. Как будто кто-то зажег огонь внутри темных глаз: теперь его взгляд пылал. Сначала я прочитала отчаяние, затем гнев и, наконец, боль. Боль, из-за которой почва уходит из-под ног и становится невозможно дышать.