Призрак острова  [Giants of the Frost]

Наконец, небо прояснилось. Мне оставалось совсем немного, и вскоре я увижу Грид и ее дом, теплый и уютный, как гнездо курицы-наседки. Я был так измучен и так устал, что лег на землю на несколько минут.

— Ты должен идти, — сказал я, упираясь лицом в мокрую траву, а потом встал на ноги и направился дальше… к ее двери.

От удивления она вскинула брови.

— Заходи, мальчик мой, — сказала она, — сейчас согреешься и обсохнешь.

Я поспешил зайти в дом. Она помогла мне снять мокрую одежду, укрыла теплым одеялом и налила чашку горячего супа. Когда я устроился возле огня, она сказала.

— Ты ведь мой сын, Видар, не так ли?

— Да, хотя я удивлен, что ты узнала меня.

— Мать всегда узнаёт своих детей, — сказала она. — Я так рада, что ты пришел сюда, но я достаточно пожила на этом свете и знаю, что есть причина, по которой ты здесь. Тебе что-то нужно от меня?

— Я хочу…

Мой голос застыл. Язык превратился в лед от пережитого горя.

Она опустилась на колени и своей теплой рукой обняла меня.

— Видар, твои глаза полны горя.

— Да, — ответили. От нее шло тепло, и голос был таким мягким. Я наклонил голову и попытался проглотить ком, стоявший в горле.

— Ах, не плачь, мой мальчик, — произнесла она, перебирая мои волосы.

Но я не мог не плакать. Мое тело словно дало трещину, и только Грид могла соединить его. Она позволила мне выплакаться, а потом я рассказал ей свою историю. Она строго осудила отца и произнесла:

— Мой мальчик, — и я понял, что не зря пришел к ней. Она — мой верный помощник.

Через три дня шок и горе немного ослабли. Вечером, когда я сидел около огня и ел мясо ягненка, приготовленное матерью, я сказал ей:

— Возможно, я был дураком, когда полюбил смертную женщину.

Грид села рядом со мной и посмотрела мне в глаза.

— Видар, — произнесла она. — Ты не потерял ее из-за ее смерти. Это только в глазах Одина она мертва. Мы все смертные. Конечно, смертные, живущие в Мидгарде, более уязвимы, но сколько Ваниров ты убил? Мы все умрем, когда придет конец света. Возможно, мы будем желать этого. А сейчас не позволяй своему отцу управлять твоей жизнью. Ты непобедим.

Ее слова запали мне в душу, и я почувствовал небольшое облегчение.

— А что ты думаешь о конце света, Грид? Ты думаешь, он действительно когда-нибудь случится?

— Я считаю, что нашему времени когда-то придет конец. Когда жители Мидгарда перестанут рассказывать истории о нас, мы превратимся в печальные тени и исчезнем.

— А существует что-то за этой жизнью, Грид?

— Не знаю. Никто оттуда не возвращался, чтобы рассказать.

— Для смертных? Я говорю о смертных из Мидгарда? Где сейчас Хала?

— Она сейчас глуха и слепа в любом мире, она находится в долгом и глубоком сне. Ее тень хранится у хозяйки царства мертвых. — Она похлопала меня по колену. — Но она не страдает, Видар.

Грид встала и принялась мыть посуду. Ее слова резко и отчетливо звучали у меня в голове. «Ее тень хранится у хозяйки царства мертвых».