Из любви к искусству

Нет, я действительно ненавидела этого мужчину. Всей пока что моей душой.

– Только не говорите мне, что… что нужно просто ждать, когда меня уничтожат?! Вы все издеваетесь надо мной?! «Просто подожди, пока тебя не станет, Лэйси!» Да это ни беса не утешает! Это никого бы не утешило! Уберите это из меня! Просто уберите! Должен же быть способ!

Вот она, полноценная истерика в духе Лэйси Уиллер, которая не раз, не два… – ну, хорошо, несколько сотен раз – служила причинами того, что мое лицо оказывалось на обложках таблоидов. Оказалось, даже приятно наконец выплеснуть все свое проклятое напряжение, копившееся так долго.

– Она орет, – первой озадаченно пробормотала Сафира.

На физиономии Милада проступила даже… радость? Я вопила как ненормальная, которой вовремя не вкатили ее дозу седативных, а он доволен?

– О да, она орет. Опять. Вероятно, у оригинальной личности есть еще какой-то шанс.

Я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы выйти на новый виток истерики, но в итоге вышло только:

– Есть. Какой-то… Шанс?! Я умираю?! Я, правда, умираю?!

Потрясающе. Наверное, в глубине души я все еще надеялась, как наивная девчушка на шестом месяце, что если подождать еще малость – оно наверняка само рассосется, но оговорка Динеса Милада – голову могу положить, не случайная, у этого ублюдка ничего не случайно – и вот уже весь масштаб трагедии предстал предо мной во всем мрачном великолепии.

Что характерно, на прямой вопрос никто не рискнул ответить. Будто это могло помочь хотя бы самую малость.

Под рукой не нашлось ничего годного, чтобы швырнуть в Милада. Или в ларо Анейрина? Наверное, все-таки в ларо Анейрина, ведь корень проблем в том, что он бросил когда-то мою бабку с пузом!

– Для особо недогадливых сообщаю: сейчас я на второй стадии принятия неизбежного… И могу гарантировать, далеко не все из вас останутся живы, когда я, наконец, доберусь до депрессии!

Мне обычно не верили… То есть я могла угрожать как угодно и кому угодно, но все равно все считали, что моя ярость – просто буря в стакане воды, на которую можно не обращать вообще никакого внимания. Но вот сейчас даже на физиономии ларо Анейрина э Аранрода выражалась некоторая степень озабоченности по поводу сложившейся ситуацией.

– Что ж, гнев в твоем исполнении впечатляет и даже пугает. В некотором роде, – чуть настороженно произнес дедуля.

А у меня вдруг ни с того ни с сего закружилась голова. Странное чувство… Очень странное… Это что, другая я решила, что сейчас ее выход? Так это зря. Чтобы вернуть уплывающее сознание, я прикусила до крови губу. Боль и металлический приступ во рту помогли немного прийти в себя.

– Ах ты тварь поганая… Думаешь, гадина, меня так легко взять?! – принялась яростно ругаться я, чуть ли не закипая от злости.

Все вокруг замолкли, как-то подозрительно глядя на меня.

– Ларэ Уиллер, я понимаю, вы расстроены, однако, быть может, не стоит так разговаривать с дедушкой, – впервые, кажется, с самого начала разговора подала голос Сафира. – Конечно, он виноват перед вами…

Я фыркнула.

– А я и не к ларо Анейрину обращаюсь.

Первым сообразил почему-то не эльф, а кахэ.

– Субличность пытается перехватить контроль, а оригинальная – сопротивляется. И вроде бы пока успешно сопротивляется.

Естественно, успешно! Чтобы я позволила какой-то стерве – к тому же ненастоящей! – вот так захватить мое собственное тело! Хотя раньше ведь позволяла… Но тогда я просто не подозревала, насколько легко субличность может перехватить власть. А теперь я настороже и готова дать отпор на любые поползновения.

Через несколько секунд меня перестало вести из стороны в сторону и, вообще, я почувствовала себя практически сносно. Только упорно нервировал тот факт, что в любой момент нападение может повториться.

– Ну что же, нам остается только ждать, – все еще не спешил меня радовать остроухий родственник. – Вся мудрость Соловьев известна мне, но я не знаю способа помочь в данном случае. Только ты сама, Лэйси, можешь справиться.

Вот только у меня даже с медитацией не складывается, так с чего более сложные вещи должны получаться? Только потому, что очень хочется? Так себе причина.

Миг моего триумфа испортил Милад. Бес! Да я уже была практически уверена, что высшее предназначение Динеса Милада, то самое, ради которого боги отправили его в наш подлунный мир – портить мою жизнь. Именно так.

– Вот только мне нужно поговорить и с суб-личностью. Ну, мне и страже, разумеется. Она вовлечена в историю с убийством. Так что, ларэ Уиллер, не были бы вы столь любезны, чтобы какое-то время не прилагать усилий для борьбы?