Цена зла [ЛП]

Если Бог и существует, то он давно покинул меня.

Нож медленно скользит по моим ребрам, вокруг одной груди, затем вокруг другой. Я тяжело дышу, мои мышцы напрягаются до тех пор, пока я не ожидаю, что они лопнут.

Спайдер приближает свое лицо достаточно близко к моему, чтобы его теплое дыхание обдувало мои щеки. Кончик его клинка не покидает мою плоть. — В тот день, когда ты украла эти чаевые, ты сказала, что тебе нужно уехать из города. От кого ты убегала?

Я ничего не говорю.

Он добавляет наименьшее давление и медленно водит лезвием по кругу вокруг моей левой груди. Он не нажимает достаточно сильно, чтобы порезать кожу, но достаточно, чтобы кончик лезвия оставил длинный красный след.

Жжение шокирует сильно, и я шиплю сквозь зубы. Он проводит лезвием вокруг другой груди, причиняя такое же мучительное жжение. Я вздрагиваю, и его хватка на моем затылке становится сильнее, удерживая меня неподвижно.

— У Адамсона был номер пансиона, в который ты звонила, в его списке контактов, — тихо рычит Спайдер, проводя линию вниз к моему животу, затем к пупку, пока мой желудок не втянется настолько, насколько это возможно. — Он богат. Кто он такой, твой папаша Уорбакс (прим.перев: Миллионер из комикса «Сиротка Энни», Богатый благодетель)? Он помогал тебе сбежать от них, кем бы они ни были?

Я понятия не имею, кто или что такое «папочка Уорбакс», но эти слова, очевидно, подразумевают какого-то спасителя.

— Я же сказала тебе, я не знаю, о чем ты говоришь.

Его пальцы сжимают мой затылок, пока я не вскрикиваю. Облегчая давление лезвия на мою кожу, он проводит ножом по длинному следу вплоть до основания моего горла.

— Это тот парень, к которому ты бежишь за помощью? Он обещал спрятать тебя? Он ждал тебя за кулисами? Вы собирались вместе сбежать на какой-нибудь тропический остров и провести свои дни, трахая друг друга до бесчувствия?

Неверие окутывает мой разум смутным туманом. Гнев просочился в холодное безразличие, которое до этого управляло им.

Он ревнует. Когда я смотрю в его глаза, одержимость превращает их в голубое пламя.

Это абсурдно, но мысль о том, что он ревнует, наполняет меня эйфорией. Он прижимает нож к моему горлу, и все же мое тело прижимается к нему ближе, ища тепла, горящего в нем огня.

Он не такой холодный и бесчувственный, как я думала. Для него мысль о том, что я сбежала с этим Адамсоном, пробила его броню. На мгновение я мельком вижу мужчину, в которого начала влюбляться. Злой, разъяренный, собственнический байкер, который думает обо мне как о своей собственности.

Затем он снова проводит линию вниз по моей груди, по животу. Лезвие останавливается прямо над моей промежностью, в нескольких дюймах от копны волос там.

Что невообразимое он может сделать с этим ножом там, внизу? Его глаза сверкают, обещая тысячу ужасов. Тысяча ужасов, каждый из которых должен был бы заставить меня чуть не потерять сознание в панике, так почему, черт возьми, у меня пульсирует между ног? Там лужа влаги. Что этот человек делает со мной? Насколько я должна быть больной, чтобы меня это заводило?