Стрелок 4

— Откупиться хочешь? — заинтересовался уголовник.

— Почему бы и нет? Деньги – дело наживное, а вот лишняя дырка в башке никак не лечится.

— Это верно, — нервно хохотнул Тихон. — И много ли у тебя богатств?

— Да не так чтобы, — сплюнул кровь моряк. — На всех точно не хватит, а вот вы двое могли бы неплохо устроиться.

— Далась тебе эта шалава, — алчно сверкнул глазами бандит. — Ты главное мне скажи, где их взять?

— Бумажник мой подай, в нем отделение потайное, в нем план. Да развяжи руки, там хитрый замок, можешь и не сладить.

— Ничего, разберемся. Где говоришь, отделение-то?

— Рычажок потяни, да не сильно, сломаешь еще. А вещь хорошая, нужная…

Заинтригованный Щербатый сделал, как ему сказали, приведя в движение хитрый механизм, после чего негромко хлопнул выстрел, и маленький кусочек свинца хлестнул его по ладони.

— Ах, ты ж твою мать! — завопил Тихон, зажимая пострадавшую руку, и с ненавистью посмотрел на пленника. — Шутки шутить вздумал, офицерик? Да я тебя сейчас на ремни порежу!

— Сначала руку подлечи, — издевательски ответил ему Будищев. — Жаль, конечно, что не в глаз, но и так неплохо. Во всяком случае, в карты тебе больше не играть!

— Убью, гнида!

— Охолонь! — раздался от двери чей-то уверенный голос.

Все присутствующие невольно обернулись и увидели Шматова с окровавленным топором в руке. Опомнившийся первым главарь, перестал нянчить руку и, схватив со стола нож, приставил лезвие к горлу пленника.

— Брось топор, — потребовал он. — Не то я твоему барину кровь пущу!

— Ты это, не вздумай! — остановился Федор.

— Федя, не тормози! — скрипнул зубами подпоручик. — Заруби гада!

— Молчи! — взвизгнул Тихон. — Как бог свят, зарежу!

— Тише-тише, — успокаивающе проговорил бывший ефрейтор и бросил свое оружие на грязный пол.

На лице щербатого появилась торжествующая ухмылка, но в этот момент Лаура, за которой никто не следил, схватила со стола тяжелый штоф из мутно зеленого стекла и с силой опустила его на голову своего любовника. Одного удара, чтобы оглушить такого бугая, конечно, было недостаточно, но к нему уже подскочил Шматов и от всей души добавил кулаком. Как видно, к такому его жизнь не готовила, а потому бедолага отлетел в сторону, где и затих.

— И на хрена я тебе «Галан» подарил? — вздохнул Будищев.

— Так вот он, — во весь рот ухмыльнулся парень и показал другу оружие.

— Охренеть! — прошептал Дмитрий и обессиленно уронил голову.

Испугавшийся Шматов вместе с Лаурой бросились снимать его с импровизированной дыбы, затем женщина вытерла платком окровавленное лицо, а Федя влил в горло немного водки остававшейся в стакане.

— Офигеть, ты доктор! — еле выговорил моряк, когда прокашлялся от горького снадобья.

— Живой! — облегченно вздохнул приятель.