Мама для Одуванчика

— Да не должно было быть этой статьи! Карина попросила сделать фотографии, которые должен был увидеть только ее грбаный инвестор! Я согласился! Да, сглупил! Да идиот, что не рассказал, но я думал, что тебя же и защищаю от лишних волнений, Варя! — заканчиваю свой спич, переводя дыхание и упирая руки в бока. — Я не хотел, чтобы оно вышло вот так дерьмово!

— Хотел как лучше, а получилось как всегда, Романовский, — грустно усмехается Варя, отводя взгляд.

— Варя, не глупи. Это дурацкая желтая пресса, и она ничего не значит в моей жизни, — решаюсь и делаю шаг, обхватывая ладонями личико любимой, заставляя посмотреть на меня. — Я думал, сойду с ума без тебя эти дни. Ты не берешь трубку, молчишь, что я должен был думать? Варя, я клянусь, что это последний раз. Последний мой косяк. На неделе я заберу свидетельство о разводе, и больше не будет Карины в нашей с тобой жизни, — продолжаю, высматривая в ее ярких глазах хоть намек на прощение. — Поехали домой, Варь… — утыкаюсь лбом в ее лоб и закрываю глаза, вдыхая полной грудью запах любимой женщины. — Я люблю тебя, Варь.

— А я нет, Романовский, — слышу ровное и упрямое спустя пару мгновений. — Уже, как мне кажется, нет.

— Что?

— Вот так вот бывает, когда тебе врут раз за разом, — отталкивает мои руки от себя упрямица. — Я… устала разочаровываться, — кусая губу, говорит тихо Варя, — и шансы давать я устала. Может, и правда, не судьба, Влад.

— Что? — снова повторяю, не веря в то, что сейчас слышу. Сердце бьется, как в судорогах, а руки сами собой опускаются.

— С самого начала все и всегда было против нас, Влад, — шмыгает носом Варя, смахивая ладонью покатившуюся по щеке слезинку. — Ася сначала не приняла.

— Но ведь сейчас…

— Руководство в школе было против, — перебивает меня, повышая голос Варя. — Твоя работа, рейсы. Некогда тебе строить личную жизнь.

— Чушь. Это все отговорки, Варя.

— Никита. Штамп твой, а теперь вот Карина и эта статья. А вы ведь и правда круто смотритесь вместе, — трогает любимые губы печальная улыбка.

— Варя, что ты несешь?! — округляю глаза в неверии, что это, правда, сейчас говорит мне она! Любимая женщина, ради которой я был готов все изменить и уже начал менять себя и свою жизнь. Что сейчас Варя готова так просто от меня, от нас отмахнуться из-за какой-то идиотской, глупой статьи!

— Не несу. Просто мне надоело быть запасным аэродромом. Ты снова поставил Карину выше меня и моих интересов. И ладно бы это, я бы поняла… если бы ты сказал мне Влад! Честно сказал, что вы едете на съемку. Если бы предупредил! А так… ты не представляешь, как это было мерзко — сидеть в кабинете, отчитываясь перед директором и этим поганцем Денисом. Какой мерзкой и грязной я себя почувствовала, когда меня выставили в качестве твоей любовницы, Романовский! — с каждым словом аккуратный носик Вари морщится все больше и больше, а отвращение на лице разгорается все ярче.