Туманная радуга. Том 2 [СИ]

Дома у друга Вероника немного пообщалась с его родителями, которые все еще думали, что она — девушка их сына. Ей не хотелось кого-то обманывать, но Витя сказал, что им просто необходимо поддерживать эту легенду до конца года, иначе до Костика может дойти информация об их расставании, и тогда контролировать его станет куда сложнее.

После чаепития с родителями, Вероника и Витя отправились в его комнату. Там он показывал ей свои готовые проекты по работе, рассказывал последние новости о Роэле и хвастался его новыми картинами. А еще радостно сообщил, что Роэль, возможно, скоро снова прилетит в Россию.

— Если ничего не сорвется, я вас с ним обязательно познакомлю. Он тебе понравится.

— Даже не сомневаюсь, — улыбнулась девушка. — Он мне уже нравится, вы с ним замечательная пара. Однажды я надеюсь побывать на вашей свадьбе, и я сейчас не шучу. Надеюсь, вы не забудете меня пригласить.

— Мы пока не думаем об этом. Сначала мне нужно переехать в Утрехт и поступить в универ. А потом уже решать, где мы хотим жить дальше, и где лучше сыграть свадьбу. — Он с любопытством посмотрел на нее. — А ты серьезно пошла бы на свадьбу двух геев?

— Конечно! — с чувством сказала Вероника. — Почему нет? Да, это немного необычно. Особенно, учитывая, что я живу в России. Но ведь необычно — не значит плохо. У вас самая здоровская пара, которую я когда-либо встречала. И вполне заслуживаете красивую свадебную церемонию. Я почту за честь, если однажды получу на нее приглашение. Блин, это сейчас прозвучало как-то высокопарно. Я просто вчера весь день читала с утра до ночи и теперь говорю фразами героев из Средневековья. Но чтоб ты знал, — она ткнула другу пальцем в грудь, — я говорю абсолютно серьезно. Почту за честь!

— Ты первой получишь приглашение, — рассмеялся Витя. — Обещаю. Я много рассказываю о тебе Роэлю, и он каждый раз удивляется твоей толерантности. Раньше ему казалось, что в России все либо презирают геев, либо просто недолюбливают и стараются держаться подальше, либо вообще не верят в существование нетрадиционной ориентации, считая это западной пропагандой. Разумеется, он всегда был не прав, и я тысячу раз говорил ему об этом, но он ничего не хотел слушать, ведь у меня не было никаких доказательств, кроме пары моих русских друзей, которые все тоже были геями. А теперь ты — самое что ни на есть прямое доказательство того, что понимающие люди существуют. И за это я тебя очень люблю.

— Ох, Витя-Витя, знал бы ты, сколько девушек в нашей школе мечтает услышать от тебя эти слова. Но ты говоришь их только мне. Ведь ты, — Вероника с комичным выражением лица схватила его за грудки и притянула к себе, — только мой!