Дюна. В коллекции. Книга 1

Теперь, когда лицо незнакомца было отчетливо видно, я иногда бросала на него взгляд и вновь ловила себя на мысли, что где-то уже видела эти голубые глаза. А в сочетании с тревогой за Коула и моими упражнениями в дедукции эта мысль не давала мне покоя, и я опять заговорила, пытаясь докопаться до истины.

— Меня зовут Злата… Злата Дюнина… — тихо произнесла я, наблюдая за черным экраном его ноута, по которому бежали белые светящиеся символы. Как в “Клиффе”.

— Знаю, — продолжая работать на ноуте, ответил он.

Я ожидала, что он поддержит беседу, назвав свое имя, но он промолчал, подтверждая мою мысль об асоциальности. На террасе вновь воцарилась тишина, и я нахмурилась — с этим человеком, так же, как и с Коулом, сложно было вести даже простые разговоры, не говоря о “расследованиях”.

“Может он шифруется, поэтому имени не называет…” — предположила я и, не планируя сдаваться, неторопливо пошла к дивану, чтобы рассмотреть лицо молодого мужчины повнимательнее.

Голубые глаза, коротко-стриженные волосы, резкий небритый подбородок.

“И все же. Почему его внешность мне кажется знакомой…” — вновь пронеслась мысль, и я, сев напротив него в кресло, продолжила:

— Вы давно в Гонконге?

У меня все еще теплилась надежда не только вспомнить, где я его видела, но и разговорить на предмет расследования. Возможно, я и выглядела немного назойливой, но у меня были свои цели.

— Недавно.

Он щелкнул пальцем по клавиатуре, будто давая последний аккорд, и, наконец, посмотрел на меня, возвращаясь в реальность.

Взгляд. Я всегда обращала внимание на взгляд. Его взгляд был почти такой же, как и у Коула. Голубые глаза Визитера были совершенно равнодушны к суете этого бренного мира. Только если в черном объективе Смерти вообще не чувствовалось жизни, то в глазах незнакомца отражалось полное к ней безразличие. И такая же странная, неземная глубина. Будто он, как и Коул, знал гораздо больше о тайнах этого мироздания, чем все остальные, и ему было скучно в этом мире.

На террасе продолжала висеть тишина, укрытая космосом ночного неба, а Визитер, вновь погружаясь в работу черного экрана, немного склонил голову набок, будто увидел там что-то интересное.

“Еще один неземной товарищ. Кажется, они с Коулом из одной галактики”, - сделала я выводы и, постепенно смиряясь с тем, что этот человек не склонен к разговорам, вновь осторожно спросила:

— Я вам не мешаю?

— Нет, — ответил он, вытягивая ногу, и я, опустив взгляд, наткнулась на большую ступню, торчавшую из-под стола.

“Кроссовки. На босу ногу. И это где-то я уже видела недавно, — задумалась я, и тут меня осенило. — Ну конечно! Как я могла забыть! Это же тот иностранец, на которого я наехала в аэропорту! Тот же взгляд. Внимательный и отстраненный”.

— Вас зовут Андерсон… мистер Андерсон, — вновь пошла я в наступление.

— Да. Меня можно звать Хансом, — кивнул он, и это уже было хоть что-то. Теперь я хотя бы знала его имя. Но странно было другое — он даже не спросил, откуда я знаю его фамилию, в очередной раз подтверждая свою асоциальность и полное равнодушие к этой действительности.