Два перстня Рюрика

Потом было и третье озеро, после которого они волоком протащили три версты свою ладью, прежде чем оказаться на берегу большого Волозера. Из него волоком они добрались до реки Слободки, а потом, преодолевая волны Маткозера, перебрались по протоке в Телекино озеро.

Научившись плавать по протокам Выгозера Нижнего они попали в Выгозеро Верхнее, из которого по мелкой реке Нижний Выг, натренировавшись бороться к подводными камнями, вошли в реку Сосновицу и оказались у погоста волхвов с таким же рядом деревянных идолов, что видели у карелов. Проплыв мимо и преодолев пороги, они к вечеру оказались у Белого моря. Все были счастливы, несмотря на то, что Белое море встретило их хмурым небом и сильными волнами!

─ Рюрик, может, назад вернёмся по другому пути? ─ утром следующего дня спросил Борко, вспомнив о порогах, которые пришлось преодолеть им. ─ Скажи, Игнатий, можно ли ещё как-то попасть в Онежское озеро?

─ Можно, через реку Онегу… ─ спокойно ответил Игнатий. ─ Но это будет значительно дольше.

─ Рюрик, наша ладья вот-вот развалится! ─ обратился Борко к Рюрику, который задумчиво сидел на камне у Белого моря, уставившись в одну точку.

─ Отключился. ─ ехидно произнёс внутренний голос, намекая на состояние Рюрика. ─ Решает вопрос о том, как к своей Параскеве быстрей попасть!

Левый уголок рта Батуры чуть-чуть поднялся из чувства солидарности с внутренний голосом.

─ Игнатий, а сколько времени понадобится, чтобы проплыть по этому пути? ─ вопрос Борко, казалось, даже не был услышан Рюриком.

─ В четыре раза больше, чем мы проплыли по этому пути. ─ ответил Игнатий.

Брови Рюрика разом поднялись и тут же опустились.

─ Ну, вот что, друзья. ─ Рюрик поднялся со своего камня. ─ Плывём обратно тем же путём! На порогах будем тянуть ладью как на волоках! У меня – всё. Завтра – отъезд обратно. А сейчас – отдыхать!

Так решился вопрос выбора водного пути обратно.

И тянули они свою ладью на порогах Выги и Сосновицы, озёрах, а также волоках.

А через полторы недели ладья Рюрика оказалась на берегу Онежского озера, где оставшиеся казаки и дружинники встретили их дружным «ур-ра!». И только потом, у костра узнали, как досталась эта победа.

Батура усмехнулся, видя, как Рюрик по-быстрому отдав самые необходимые указания своим дружинникам, рванулся к родному дому, где его ждала Параскева.

Меж тем Рюрик на ходу рвал все более или менее подходящие для встречи с любимой женщиной цветы, попадающие под руку.

Батура, понимая его, как мужчина и вспоминая свою Ярославу, не торопился идти за ним. И только тогда, когда к нему подошёл Борко и предложил последовать за Рюриком, хмыкнул и согласился. Они так и шли далеко позади Рюрика, который забежав в дом Параскевы, скоро выбежал из него, не обращая внимания на Батуру и Борко, и направился к тому месту, где возле деревьев видел её.

Параскева не ожидала увидеть Рюрика, занимаясь работой по хозяйству, тихо напевая какую-то свою песню. И только собачий лай заставил её посмотреть в ту сторону, откуда к ней приближался Рюрик. Мгновенно покраснев от того, что вспоминала о нём, Параскева, чтобы скрыть свой блестящий взгляд, выдающий её возбуждение, тихо приказала псу не гавкать, пригрозив ему пальцем.