Новый мир. Книга 2: Разлом. Часть вторая
- Автор: Забудский Владимир
- Серия: Новый мир (Забудский) #4
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Новый мир. Книга 2: Разлом. Часть вторая». Краткое содержание книги:
— Меня зовут сержант Колд, — сделал шаг вперед Триста первый. — Я буду счастлив убивать и погибнуть во славу Легиона! Моим капралом будет Семидесятый.
— Меня зовут сержант Ред, — продолжил Сто сорок первый. — Я буду счастлив убивать и погибнуть во славу Легиона! Моим капралом будет Сто восемнадцатый.
— Меня зовут сержант Локи, — как-то хитровато сверкнув глазами, последним шагнул вперед легионер, заговоривший со мной в день моего прибытия на Грей-Ален. — Я буду счастлив убивать и погибнуть во славу Легиона. Хотя не откажусь ограничиться одними лишь убийствами. А моим капралом пусть будет Триста двадцать четвертый.
Я воззрился на Девяносто пятого с удивлением. Этот парень и прежде вел себя эксцентрично по меркам Легиона, нередко прежде выкидывая странные фокусы. Лишь на его лице во время учений, в особенности во время жестоких рукопашных спаррингов, можно вместо каменной мины было увидеть сумасшедшую улыбку. Чего стоит хотя бы то, что он выкинул только что — назваться в честь бога хитрости и обмана из германо-скандинавской мифологии! И все же я никогда не думал, что кто-то додумается сделать меня капралом. У Сто шестого я был не на лучшем счету, и это все знали.
Сто шестой остановил на Девяносто пятом тяжелый, неодобрительный взгляд.
— Ты уверен в своем выборе, сержант? Триста двадцать четвертый проявлял не лучшую субординацию в первые свои дни в Легионе. Кроме того, капралам полагается уменьшенная доза стимуляторов. Это может негативно сказаться на боевых показателях Триста двадцать четвертого. Он привык к усиленной стимуляции.
— Я уверен, что он справится, Стил, — не отступил Девяносто пятый. — Он здоровенный и крутой сукин сын. А если вдруг чего, зададим ему трепку!
Вид у Сто шестого, которого теперь следовало называть лейтенантом Стилом, остался по-прежнему недовольным, но он не стал наказывать строптивого сержанта за демарш.
— Хорошо. А теперь пусть назовутся капралы.
— Меня зовут капрал Солт. Я буду счастлив убивать и погибнуть во славу Легиона!
— Меня зовут капрал Блэк. Я буду счастлив убивать и погибнуть во славу Легиона!
Фамилия «Сандерс» вертелась у меня на языке с того самого момента, как Сто шестой заговорил с нами, и я понял, какая церемония нас сейчас ждет. К этому моменту я не ощущал в себе и тени того, кем я был прежде. Воспоминания, предшествовавшие девяноста дням в Легионе, стерлись и померкли, казались чем-то нереальным и глупым. Я был теперь другим. Я хотел быть другим.
Но в памяти вдруг всплыла моя странная и совсем неподходящая для Железного Легиона украинско-польская фамилия. «Войцеховский». Так не могут звать легионера. Такую фамилию никто бы и не пожелал выговаривать. И все же это воспоминание задело какую-то странную струну в моей душе. Я вдруг замешкался, ощутил смятение. В моей памяти всплыли странные слова человека, которого я когда-то знал. Это был человек по имени Амир Захери
«Тебя ведь хотели назвать иначе, да? «Алекс Сандерс». Каждый слог произносится как металлический лязг, дышит бездушной сталью. Это воинское прозвище пытались дать тебе в интернате. Но ты предпочел оставить имя, которым тебя нарекли родители при рождении».
— Триста двадцать четвертый! — гаркнул на меня лейтенант. — Ты что, заснул?!
— Меня зовут капрал Сандерс, — слегка дрогнувшим голосом произнес я, чувствуя, как странное и неуместное воспоминание скрывается в глубинах памяти.
— Ты ничего не хочешь добавить?! — гаркнул лейтенант.
— Это мое имя. Имя, под которым я буду сражаться под знаменами Легиона, — тихо пробубнил я.
— Что ж, посмотрим, — ответил лейтенант, едва сдерживая злость из-за неожиданной нерасторопности своего подчиненного.
Когда конвертоплан уносил нас с Грей-Айленда, с трудом преодолевая порывы ветра, меня посетил еще один флеш-бэк из прошлого. Я вдруг вспомнил Хэнка Уотерса, вместе с которым мы впервые ступали на эту землю. Странно, но я не помнил, что произошло с ним дальше. Просто не мог вытянуть это из своей памяти. В последнее время у меня бывало так все чаще.
Ночная доза «Валькирии» давала колоссальный заряд бодрости, который бил ключом утром, оставался все еще достаточно сильным днем, а к вечеру спадал, уступая место апатии и заторможенности. В этот самый момент события прошедшего дня вдруг становились смазанными, нечеткими, будто сон. Мне не терпелось добраться до своей капсулы, чтобы погрузиться в физраствор и забыться, дожидаясь новой дозы. А на следующее утро, когда в жилах струилась новая порция энергии — события предшествующих дней стирались из памяти практически полностью. Их не хотелось вспоминать, а даже если бы я и захотел — вряд ли мне бы это удалось. Каждый новый день начинался словно с чистого листа.