Госпожа чародейка [СИ]

- А еще кольцо плохо воздействует на здоровье этого господина, - добавила Раина Мару. – Посмотрите на его ауру поглубже – она же вся черная. Еще немного времени, и чернота выйдет на внешний слой.

- Очень похоже на болезни внутренних органов, - задумчиво произнес Себ Корин. – Эта гадость ест его изнутри. Когда он умрет, ни один лекарь подозрительного не заподозрит.

- Вот ублюдки! – не сдержался Кристиан. – Наверное, привыкли из мамки деньги сосать, а как она умерла, решили отца сгнобить, чтоб снова жить припеваючи.

- Все это домыслы, - сказала я. – Но они имеют смысл. Что нужно сделать, чтобы проверить, правы вы или ошиблись?

- Поехать в магазин этого ювелира, - сказал Марк. – И если окажется, что он воровал сам у себя, тогда для сыновей вызывать стражей, а для их отца – лекаря.

- А как вы узнаете, что были правы? – подал голос один из членов проверяющей комиссии – высокий темноволосый мужчина средних лет.

- Использую заклинание Росса в сочетании с третьим плетением заклинания Форух, - ответил Дорет. – Это позволит проследить путь последней пропажи. У «клиента» недавно пропало дорогое ожерелье. Думаю, его энергетические следы еще можно отыскать, как и следы похитителя.

- Браво, юноша, - с чувством сказал мужчина. – Просто потрясающе.

***

Как оказалось, чародей, заинтересовавшийся работой моих студентов, был тем самым Киром Бореном, которого нам с господином Мюре предстояло переманить на свою сторону.

Директор решил не откладывать дело в долгий ящик, поэтому сразу после занятия пригласил меня и господина проверяющего в свой кабинет, где я почти полтора часа объясняла суть своего «инновационного» метода преподавания, на все лады расхваливала сообразительных студентов и отвечала на вопросы, возникшие у мага по ходу моей пламенной речи.

Расстались мы с Киром Бореном почти друзьями. В общении он оказался легким, не язвил, не насмешничал. Мне даже показалось, что он был одним из немногих членов комиссии, которые явились в КМИ с целью именно проверить знания студентов, а не просто выгнать их на улицу.

Домой я шла с таким чувством, будто целый день вручную таскала мешки с цементом – нервное напряжение, не отпускавшее меня с самого утра, под вечер все же дало о себе знать. Поэтому, шагая по улице, я была бесконечно рада, что этот длинный рабочий день наконец-то закончился.

Ага, не тут-то было.

Когда КМИ скрылся из виду и начался частный сектор, в двух шагах от меня затормозил большой красивый автомобиль, и из него вышел Ивен Цорес. Вот чего мне сейчас хотелось меньше всего, так это общаться господином ректором. Но моего мнения на этот счет, конечно же, никто не спросил.