У Лукоморья [5-е изд.]

Когда-то в Святогорье и его округе было девять водяных мельниц, в их числе — в Ганнибаловом имении Воскресенское, древнем Велье, деревнях Исса, Захино и других. Сегодня, глядя на эти мельницы, бесстрастно уничтоженные временем, мы восхищаемся романтикой их глухих шлюзов. Так рассматриваем мы и нынешнее пустующее место в Бугрове. Оно останавливает нас и заставляет рассматривать себя.

Много раз разваливалась и возрождалась здешняя мельница. При Пушкине ее арендовали хозяева Тригорского Осиповы-Вульф. Последний раз ее возродили после Великой Отечественной войны. Немаловажным делом было снабжение мукой заново начинающих жить людей, и восстановленная бугровская мельница давала им ее. Потом эта мельница оказалась ненужной и вновь исчезла. На месте дома мельника была построена современная колхозная изба. Три года тому назад она сгорела. Хозяева покинули деревню и уехали в Псков.

Мы, хранители заповедника, давно приглядывались к этому месту, поскольку оно связано с жизнью и творчеством Пушкина: было одним из исходных моментов в работе его над «Русалкой», которую он начал писать в начале 1826 года. Сегодня оно включено в состав музея. Недавно нами произведены раскопки, расчистка места, поиск старых фундаментов — следов некогда бывшей жизни.

Среди иллюстраций Пушкина к своим произведениям есть карандашный, сильно затертый рисунок. Он изображает берег речки, которая течет слева направо. У берега — угол водяной мельницы с большим колесом. В центре рисунка — молодая девушка со сжатыми на груди руками, в длинном деревенском сарафане, рядом с нею бородатый старик в шапке, в сельской рубахе, стянутой пояском. Вдали скачущий на коне всадник...