Сочинения в трех томах. Том 3

Таким образом научная общественность не получила чрезвычайно ценную информацию, которая могла бы направить исследовательскую мысль в качественно иное русло.

Виновник происшествия, возможно невольный, окончательно оправившись от последствий ранения, согласился принять участие в дискуссии и, по возможности, ответить на вопросы. Вейден счел себя обязанным особо подчеркнуть данное обстоятельство.

— Нет нужды лишний раз останавливаться на общеизвестном различии отправных точек, ибо это скорее относится к сфере мировоззрения, нежели к практике. Перед лицом неопровержимых фактов забудем на время о философии, — сказал он во вступительном слове. — Феноменальные достижения йоги, вобравшей в себя опыт, как минимум, четырех тысячелетий, неоспоримы, хотя приходится признать, они с трудом поддаются оценке с позиций научной медицины.

Присутствующий среди нас мистер Мунилана любезно согласился прояснить некоторые моменты, исходя из принципов своей школы, или, если угодно, вероучения. Я убежден, что мы выслушаем его с надлежащим вниманием, не навязывая собственной интерпретации и не требуя ответа на вопросы, которые могут показаться не совсем уместными нашему индийскому другу. Коллеги, знакомые с учением Будды о благородном умолчании, понимают, что под этим подразумевается. Как сказал в своем «Гамлете» Шекспир, «меж небом и землей есть тайны, что и не снились нашим мудрецам». На сем позвольте закончить и представить вам доктора Вильяма Харви из госпиталя Крюгера в Кейптауне. На свою беду, но к общей радости он начал стажироваться у нас чуть ли не в тот самый день, когда поступил пациент с синдромом зомби.

Харви изложил историю болезни Туссена Фосиёна и краткую его биографию, восстановленную как бы задним числом со слов самого больного. Выступление сопровождалось сравнительным анализом энцефалограмм больного и йога Муниланы, полученным в момент эксперимента.

— Не в процессе, — непроизвольным усилением голоса подчеркнул стажер, а именно в момент. Это произошло одномоментно. Здесь вы видите энцефалограммы индуктора, то есть мистера Муниланы, и реципиента, находившегося в состоянии каталепсии, Туссена Фосиёна, — он прошелся указкой по обоим листам. — Запись синхронизирована по квантовым часам. Это может показаться невероятным, но задержки реакции не зафиксировано ни на гигасекунду, что, собственно, и позволяет говорить об одномоментности сигналов. Весьма характерно мгновенное изменение альфа- и, особенно, бета-ритма индуктора. Я не нахожу слов для описания этого удивительного всплеска электрической активности мозга. Не меньшее удивление вызывает и ответная реакция. Реципиенту словно навязывают посторонний ритм. Рисунок колебаний поразительно схож с энцефалограммой индуктора.