Самая кровная связь. Судьбы деревни в современной прозе
- Автор: Кузнецов Феликс Феодосиевич
- Год: 1977
- Язык: русский
- Год: Просвещение
- Жанр: Критика
Электронная книга - «Самая кровная связь. Судьбы деревни в современной прозе». Краткое содержание книги:
При заостренной, полемической постановке вопроса о человеческих ценностях творчество В. Тендрякова отличает столь же заостренный, я бы сказал воинствующе социальный подход к решению его. Социальная чуткость писателя проявилась и в том, с какой точностью В. Тендряков уловил в образе Рыльникова некоторые типические черты современного, нынешнего «богостроителя» и «богоискателя». Для него бог, как правило, не столько вера сама по себе, сколько бегство от самого себя, от своего бездуховного существования в освященную тысячелетиями иллюзию духовности. Современный «богоискатель», как правило, человек неверующий, но стремящийся «уверовать», миссионер по отношению к самому себе. В нем куда больше неудовлетворенности собой, бессмысленностью собственного существования, чем действительной веры в бога. А потому и спор с ним приходится вести вовсе не теологический, но нравственно-философский.
В «Апостольской командировке» этот нравственно-философский спор ведет Густерин, председатель Красноглинского колхоза, куда в поисках «бога» сбежал из города Рыльников. Надо сказать, что в сравнении с заоблачными исканиями Рыльникова, его (а по сути дела, тендряковский) ответ о путях к осмысленному, одухотворенному и нравственному существованию подчеркнуто прозаичен и обескураживающе прост: богу Рыльникова Густерин противопоставляет... коллективное распределение красноглинцами колхозного дохода, его коллективный учет и контроль. А если говорить шире, — хозяйское отношение людей к общему делу, колхозу, коллективному труду. Всего-то?!
В спор Густерина с Рыльниковым вдуматься надо. При кажущейся элементарности в нем таится глубокий подтекст, немаловажный для творчества писателя в целом. Густерин вспоминает (а мы вспоминаем многие прежние повести Тендрякова), когда его односельчане в родном колхозе «людьми себя не чувствовали», потому что красноглинца «много лет учили: не лезь с суконным рылом в калашный ряд. Он видел, — продолжает Густерин, — что в наших снежных местах кукуруза не растет, ему приказывали: сей, не смей перечить! Он понимал, что резать стельных коров на мясо преступно, его заставляли: режь, не возражай лишка!» А в результате, подводит итог Густерин, у людей пропадало желание думать об артельном, о «мирском»: красноглинец «перестал возражать, заодно соображать и чем-либо интересоваться». Он утрачивал чувство хозяина жизни, а вместе с тем и высший смысл существования, тот смысл, который соответствует человеческой природе, общественно-преобразовательной сущности человека.
«Мы хозяева своей жизни» — вот за что боролся еще герой повести «Ненастье» (1954), колхозный председатель Андрей Малюгин. В неравном, трудном бою с секретарем райкома Глухаревым, больше всего ценившим в людях исполнительность, Малюгин отстаивал право колхозников на самостоятельность и инициативу, хотя бы право решать, что и когда сеять на родной колхозной земле. Жизненные принципы Глухарева, которые обручем сковывали инициативу и самостоятельность колхозников, их гражданское, общественное самосознание, с первых книг находили в Тендрякове яростного, неуступчивого противника. Противника принципиального, потому что, по глубочайшему убеждению писателя, неоднократно им высказываемому, именно чувство хозяина родного колхоза, родной земли, именно развитое гражданское, общественное самосознание и есть то принципиально новое, что несет с собой в качестве фундамента духовных и нравственных ценностей социализм.
Партийная позиция писателя как раз и проявлялась в утверждении этого нравственного закона социализма, в той последовательности, непримиримости и мужестве, с которыми В. Тендряков выступал в своем творчестве против всего, что сковывало инициативу, самостоятельность, гражданское, хозяйское чувство тружеников, посягало на их рабочее и человеческое достоинство. В. Тендряков воочию показывал, что такого рода посягательства на социалистическое чувство хозяина, на гражданские права личности всегда приносят не только хозяйственный, но и серьезнейший нравственный ущерб. Об этом, в частности, повести «Ненастье», «Тугой узел», «Кончина». Об этом же в значительной степени и последние произведения писателя — очерк «Новый час древнего Самарканда», повесть «Три мешка сорной пшеницы».