Невеста носившая Чёрную Кожу [ЛП]

Потёки грязи и пыль на изогнутых каменных стенах, превращались в безглазые лица, которые поворачивались, следили за мной, когда я спешил мимо. К счастью, моя репутация всё ещё достаточно сильна, чтобы удержать их от формирования ртов и провозглашения моего имени.

Я шёл ровным шагом, глядя прямо перед собой, не останавливаясь ни перед кем и ни перед чем. Хищники чуют запах страха. И слабость.

Поэтому я шагал вперёд, всем своим видом демонстрируя, что готов переступить через что угодно или кого угодно, кто не уберётся с моего пути достаточно быстро. Другие люди в подземном переходе изо всех сил старались проявить обходительность и уступить побольше места, но тень человека, которую некому было отбросить, внезапно возникла передо мной, преградив мне путь.

Я неприятно улыбнулся. Я ждал кого-то чрезмерно самоуверенного и достаточно высокомерного, чтобы поставить его на место. Мне нужна примерная публичная демонстрация на каком-нибудь бедном, проклятом дураке, чтобы все остальные увидели, что я всё ещё опасен, и пустили слух, что меня стоит оставить в покое.

Поэтому, когда тёмная фигура поднялась передо мной и раскинула свои слишком длинные руки, чтобы перекрыть туннель, у меня в руке уже был шар саламандры, извлечённый из внутреннего кармана, когда никто не смотрел.

Я запустил бледно-белый шар, бросил его в тёмное, безликое лицо, и шар саламандры взорвался яростным злобным светом, заполнившим весь подземный переход. Все закричали от боли и шока, когда яркий свет временно ослепил их.

Я, конечно, крепко зажмурил глаза и на всякий случай прикрыл их рукой. Когда свет померк настолько, чтобы я снова мог видеть, тёмная фигура исчезла, разлетевшись на крошечные тёмные фрагменты, которые спирально кружили в воздухе, подобно полуночным конфетти.

Я прошёл прямо сквозь них, и они бешено закачались в воздухе, чтобы убраться с моего пути. Приятно, когда тебя уважают.

Я знал людей, которые очень раздражались из-за шаров саламандры, говоря, что они дорогие, вы не получаете большого эффекта за эти деньги, и они не производят впечатления. Однако, я всегда напоминаю, - у каждой саламандры только два шарика…

Я шёл, не оглядываясь и даже не смотрел по сторонам, а все остальные жались к стенам туннелей. Если в подземном переходе со мной и были какие-то враги или охотники за головами, то никто из них меня не беспокоил.

И когда я наконец поднялся по ступенькам и снова вышел на открытое пространство, я был всего в полудюжине кварталов от Блейстон-стрит.

Мне пришлось ненадолго остановиться и прислониться к удобной витрине магазина, чтобы отдышаться. (Магазин назывался “Надежда”, и он был закрыт, и это всё, что вам нужно знать о Тёмной Стороне.)

Я посмотрел на своё отражение и с трудом узнал измождённое, осунувшееся лицо смотрящее на меня в ответ. Густая кровь сочилась из моего носа, как будто меня ударили, и я чувствовал во рту неприятный медный привкус. Я с трудом сплюнул, чтобы прочистить рот, и алая жидкость медленно потекла по витрине магазина.

Я устал, смертельно устал, и когда я достал из кармана носовой платок, я едва чувствовал его. Кончики моих пальцев опасно онемели. Каким-то образом мне удалось зажать переносицу и остановить кровотечение, и в качестве завершающего штриха выплюнуть новую порцию крови на витрину магазина.