Барселона: история города
- Автор: Хьюз Роберт
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: Эксмо, Мидгард
- ISBN: 978-5-699-28616-4;5-91016-018-1
- Переводчик: Вероника Леонидовна Капустина
- Жанр: История
Электронная книга - «Барселона: история города». Краткое содержание книги:
Добро пожаловать в Барселону!
В конце XVIII века около 46 процентов обрабатываемых земель в Каталонии принадлежало светским владельцам (включая знать), 27 процентов — церкви, 28 процентов — королю. Но доход от имений аристократов падал. Например, между 1800 и 1819 годами доход одного из самых значительных благородных семейств Каталонии, герцогов Мединасели, уменьшился на четверть, и еще на 32 процента — с 1820 по 1826 год. Частично это объяснялось падением цен на сельскохозяйственную продукцию, но отчасти было вызвано и неспособностью крестьян выплачивать разные феодальные пошлины и налоги, которыми их обложили.
Естественно, это заставляло знать меньше держаться за свои земли. И когда феодальное право в 1837 году наконец было отменено, аристократы стали продавать свои поместья. То же самое происходило с церковными землями. По законам Мендисабаля городские и сельские владения церкви по всей Каталонии (не считая самих церквей) были оценены в 122 миллиона реалов. Между 1837 и 1845 годами три четверти их поступили в правительственный аукционный блок и принесли вдвое больше своей оценочной стоимости — 228,1 миллиона реалов.
Откуда поступали эти деньги? Разумеется, не от крестьян. И не от аристократов. Новыми владельцами земель стали буржуа-нувориши Барселоны и больших — городов: Таррагоны, Льейды, Вика. На одном аукционе церковных земель в Таррагоне, где три четверти покупателей были местными, половину выставленных на продажу территорий купили пятнадцать богатых дельцов из Барселоны.
В сельской местности распродажа, на которую вынудили владельцев законы Мендисабаля, призвана была стимулировать фермерство и выполнила эту функцию. Она, что называется, капитализировала сельскую местность: привнесла новые технологии, более передовые машины, удобрения (например, из Чили на судах, принадлежавших новым владельцам земли, привезли огромные количества гуано). Увеличился и объем строительства.
Но наступившие перемены породили социальный конфликт. Для новых землевладельцев «естественным» способом развития был промышленный — как в сельской местности, так и в городе. Они рассматривали землю как недвижимость, которую можно продать и купить, как любую другую, а такие древние формы, как эмфитевзис (бессрочную аренду) и rabassa morta (долгосрочную аренду — пока живет лоза) — как препятствия, которые нужно убрать с дороги. Однако от них долго не удавалось избавиться, так как крестьяне оказались очень хитры и упорны в своей приверженности старым порядкам. Если кто покупал экспроприированные у церкви земли на большой распродаже 1830-х годов, эти земли отходили к нему со всеми условиями аренды. Это замедляло превращение крестьянства в безземельный пролетариат, в поденных рабочих. И действительно, новые владельцы часто отдавали земли в аренду поденным рабочим, тем самым превращая их в крестьян. Но, как язвительно отметил один каталонский историк, это происходило не из-за ностальгии по радостям средневекового каталонского земельного законодательства, а благодаря тому простому факту, что издольщина была более эффективна, чем работа за твердую плату, — у работника имелся стимул. Зная, в каком упадке пребывало сельское хозяйство Южной Испании, даже неопытный городской делец прекрасно понимал, что крестьянская издольщина более продуктивна, чем система латифундий, преобладавшая, например, в Андалусии. Но это не могло остановить общую тенденцию к консолидации собственности на больших фермах и выращиванию винограда в промышленных масштабах, что и привело к полному хаосу в сельском хозяйстве, когда чуть позже виноградники съела филлоксера.
В самой Барселоне четыре пятых церковных земель продали с аукциона. А что делать с церковью или монастырем, который вы только что купили? Разрушить. Освободить место для домов, контор, театра, площади, рынка. При этом, наряду с посредственными зданиями, разрушили и некоторые шедевры. Эстетике города был нанесен непоправимый ущерб. Это будет продолжаться века: в 1844 году, например, королевскую часовню Св. Агаты, начатую в 1302 году Жауме II, продали и снесли, чтобы расчистить место для фабрики, а вскоре попытались превратить весь комплекс средневековой больницы Св. Креста в рынок. Но, несомненно, если смотреть более широко, законы Мендисабаля были настоящим благословением для Барселоны. Они дали городу пространство для общественных зданий, в котором тот крайне нуждался»