Генерал Скала и сиротка

— Кошель, немедленно скажи, чем тебе не понравилось «Ракхотово семя»? Здесь не любят бога войны?

— Любят. Не в смысле, что прямо все любят-обожают… И вообще речь о другом. Проклятие! Я не знаю, как сказать!

— Говори прямо, в чем сложность? Просто внеси ясность, что именно я «не знаю». Уверяю, я сообразительная девушка и при нормальном детальном объяснении все пойму.

Кошель набрал воздух и… замолчал.

Да он издевается!

— Может на примере? — попыталась договориться я.

— Нет!

Все приятели Скалы ненормальны. Я думала, хоть с одним можно пообщаться, но и этот немного на голову пришибленный. Мало того, что Форсмот не держит обещаний, бросил меня прямо перед турниром, так еще и его миньоны[16] решили надо мной поиздеваться.

— Что ж… — я медлила. Хотелось послать лысого куда подальше, но для подготовки к завтрашнему дню мне был необходим партнер по тренировкам. — Пожалуй…

— Хани! — знакомый голос позвал меня из-за спины и от сердца отлегло. Не обязательно мучиться и идти на компромисс с совестью. Судьба любит предоставлять нам возможности, главное, не быть слепыми и уметь вовремя за них ухватиться.

— Озра, — довольно откликнулась я, разворачиваясь на пятках. — На тренировку? Ты то мне и нужен.

— Доброго света, — приветливо отозвался виконт дас Когош. — А я вас ищу, прекрасная лэра, чтобы спросить про… наши занятия, — он смущенно зыркнул на Кошеля. Оповещать всех и каждого про то, что он решил взять уроки у девушки, ему было неловко. — Когда начнем?

— Сегодня, — решительно ответила я, окидывая взглядом изящно наряженного наследника. Это он так на утреннюю тренировку оделся? — Самое время, я как раз свободна. Только не здесь, идемте, виконт, на улицу… Лэр Кошель, вынуждена откланяться.

Не вижу причины здесь задерживаться. На мгновение мы скрестили взгляды с лысым любителем тайн — оба собранные, молчаливые, изучающие друг друга. Практически одновременно кивнули, прощаясь. Даже немного жаль, что не получилось найти общий язык. Этот парень мне определенно нравился.

Но и навязываться, умолять и добиваться разъяснения я не собиралась. Не хочет — его дело. Но и тренироваться в такой атмосфере опасно, еще травмируют ненароком с таким-то «добрым» отношением. Лучше дождусь возвращения Скалы, а пока — позанимаюсь с Озрой.

Я разворачивалась, когда в спину негромко прозвучало:

— Тристан.

— Что?

— Ты спрашивала, как меня зовут, — ответил лысый. — Родители назвали Тристаном. И… прости меня, юная лэра, если обидел, не смог ответить на твои расспросы. Я в этом не силен. Скала просил передать тебе правила турнира, пришлю их к обеду.

Проклятие… Я уходила и не понимала, что происходит. Если он издевался или не хотел со мной общаться, то почему напоследок вдруг сообщил свое имя? Возрастом, в отличие от того же Малого, мы не сильно с Кошелем отличались. Тогда почему начал называть меня «юной»? Происходило что-то странное…