Все думы — о вас. Письма семье из лагерей и тюрем, 1933-1937 гг.
- Автор: Флоренский Павел Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Сатисъ
- ISBN: 5-7868-0100-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Все думы — о вас. Письма семье из лагерей и тюрем, 1933-1937 гг.». Краткое содержание книги:
Письма-послания — один из древнейших жанров литературы. Из писем, найденных при раскопках древних государств, мы узнаем об ушедших цивилизациях и ее людях, послания апостолов составляют часть Священного писания. Письма к семье из лагерей 1933–1937 гг. можно рассматривать как последний этап творчества священника Павла Флоренского. В них он передает накопленное знание своим детям, а через них — всем людям, и главное направление их мысли — род, семья как носитель вечности, как главная единица человеческого общества. В этих посланиях средоточием всех переживаний становится семья, а точнее, триединство личности, семьи и рода. Личности оформленной, неповторимой, но в то же время тысячами нитей связанной со своим родом, а через него — с Вечностью, ибо «прошлое не прошло». В семье род обретает равновесие оформленных личностей, неслиянных и нераздельных, в семье происходит передача опыта рода от родителей к детям, дабы те «не выпали из пазов времени». Письма 1933–1937 гг. образуют цельное произведение, которое можно назвать генодицея — оправдание рода, семьи. Противостоять хаосу можно лишь утверждением личности, вбирающей в себя опыт своего рода, внимающей ему, и в этом важнейшее звено — получение опыта от родителей детьми.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
1. Буюкли Всеволод Иванович (1873–1921) — русский пианист, известный интерпретатор творчества А. Н. Скрябина. Рубинштейн Николай Григорьевич (1835–1881) — русский пианист, дирижер, организатор Московской консерватории.
2. Имеется в виду художник С. В. Иванов, по предположению о. Павла Флоренского — предок его по отцовской линии (род Ивановых, см.: «Генеалогические исследования», «Детям моим», с.367–372).
13 мая 1937 г., Кремль, быв. Чоботная палата
Дорогой Олень, не могу вспомнить, что несправедливого, по твоим словам, я написал тебе, но думаю, ты чего-ниб<удь> недопоняла. Очень трудно писать так, чтобы быть правильно понятым, когда приходится учитывать каждый квадр<атный> сантиметр бумаги. Но за всем тем помни, я считаю своим долгом сказать все полезное, что могу сказать, и не обижайся. Надеюсь, с наступлением весны вы неск<олько> отдохнете. Знаешь ли ты растение звездчатку среднюю? (Stellaria media.) Она растет обычно у воды — вдоль канав, у болот. Из нее можно готовить вкусный салат, попробуйте; а также можно варить ее в разных видах. Пишу это, чтобы вы воспользовались весенним временем для пользования травами, что необходимо организму. Относительно сходства Тики с Госей я часто думал, так что твое письмо лишь подтвердило мои мысли. Возвращаюсь к травоедению. Кажется было бы правильно признать то положение, что количество и разнообразие растительной пищи, а особенно травянистых частей, корней и клубней, есть мерило культурности общества. Обращаясь к истории, удивляешься, как поздно современные европейцы усвоили растит<ельную> пищу. Напр<имер> культура салата, моркови и нек<оторых> др<угих> овощей была освоена только при Генрихе VIII, т. е. в 1-ой пол. ХУХв., а спаржи лишь при Карле II, в XVII в.1 Благородным культурам материальным базисом служит пища растительная, по крайней мере в основном. Дело не в вегетарианских принципах, — которых я не признаю, — а в физиологическом воздействии растит<ельной> пищи на наш организм, от мяса грубеющий и быстро снашивающийся. Секрет творчества — в сохранении юности. Секрет гениальности — в сохранении детства, детской конституции, на всю жизнь. Эта-та конституция и дает гению объективное восприятие мира, не центростремительное, — своего рода обратную перспективу мира, — и потому оно целостно и реально. Иллюзорное, как бы блестяще и ярко оно ни было, никогда не м.б. названо гениальным. Ибо суть гениального мировосприятия — проникновение в глубь вещей, а суть иллюзорного — в закрытии от себя реальности. Наиболее типичны для гениальности: Моцарт, Фарадей, Пушкин, — они дети по складу, со всеми достоинствами и недостатками этого склада. — Еще раз перечел твое письмо и никак не могу вспомнить, чем тебя огорчил. Во всяком случае огорчен этим сам. Ты не понимаешь чувство отца, которому хочется, чтобы дети его были не просто безукоризненны, но и представляли собою высшую ценность. Не для других, а для себя надо быть такими, но неважно, как о вас будут думать другие: быть, а не казаться. Иметь ясное, прозрачное настроение, целостное восприятие мира и растить безкорыстную мысль — чтобы под старость можно было сказать, что в жизни взято все лучшее, что усвоено в мире, все наиболее достойное и прекрасное, и что совесть не замарана сором, к которому так льнут люди и который, после того как страсть прошла, оставляет глубокое отвращение. Крепко целую тебя, дорогая.