Эквей. Второй шанс

— Доброе утро, — увидев, что я проснулась, произнёс Дерион.

— Доброе, — ответила я и вновь открыла глаза.

Продолжает улыбаться…

Хм.

— Как самочувствие?

Прислушалась к себе и попыталась вспомнить, что же такое произошло, раз я опять лежу в больничном боксе. Ведь что-то же точно случилось.

Вспомнила. Хоровод воспоминаний пронёсся в голове со скоростью света — посольство, Стен с жуткой улыбкой на губах, Князь, Богиня… смерть…

Вновь закрыла глаза и тяжело сглотнула. Шан… мне удалось или он уже на полпути в Пещеры?

— Я?… хорошо, а…

Я так и не смогла заставить себя произнести эти страшные слова. Жив, мёртв? Я не могла это спросить, это было выше моих сил.

Дерион наклонился ближе и взял меня за руку, улыбка вновь расцвела на его лице.

— Князь в соседней палате. Опасности для его жизни больше нет.

Трудно описать то чувство облегчения, что накрыло меня с головой. Наверное, можно было поплакать от счастья, но слёз не было. Я даже порадоваться не могла нормально. Может, просто устала, а может ещё не осознала до конца, что все проблемы позади и у нас получилось.

— Вы удивили меня, Элизабет. Сначала вы впали в транс, не реагируя на внешние раздражители, а потом и вовсе ваша хита засветилась таким ярким светом… вас как будто куполом накрыло… Вам удалось невозможное. Мне жаль, что я сомневался в вас и ваших чувствах.

Сама только недавно о них узнала и совершенно не привыкла с кем-либо их обсуждать.

— Ему точно ничего не угрожает?

— Точно.

— А Стен?

Улыбка медленно сползла с его лица, и он ещё раз внимательно в меня вгляделся:

— Уверены, что готовы сейчас всё узнать.

— Да. Я хочу знать, как ему… им удалось всё это провернуть.

— Хорошо, — Дерион кивнул и откинулся на спинку стула. — Вы знаете, что на Эквей сложно попасть. Очень серьёзный отбор как учёных, что прилетают к нам сюда на работу по контракту, что для обычных туристов. Мало того, что путёвка стоит баснословно дорого, так ещё выдают её далеко не всем желающим.

Я кивнула. Знала и помнила.

— Наша служба проверяет каждого. Конечно, ментальное сканирование они не проходят, но проверка всё-таки очень и очень серьёзная… Только вот из всех правил, есть исключения — дипломаты. Вы знаете, что такое дипломатическая неприкосновенность?

— Примерно.

— Если в двух словах, то это определённые личные права и привилегии, которые предоставляются посольству Альянса. В эти привилегии входит — неприкосновенность личности, жилища, почты, служебных помещений, неподсудность нашему судопроизводству, освобождение от таможенного досмотра. И под эту неприкосновенность попадают не только дипломаты, послы, их семьи, а также консулы, секретари и члены дипломатического персонала. Те двое, что едва не сошли с ума от страха, как раз попадают под неё. Они, кстати, живы. Так вот, они являются внуками посла Альянса.

— Внуками? — тихо прошептала я.

— Да. Приёмные дети его старшей дочери. А Стен — один из помощников секретаря.

— Он служил в посольстве? — прошептала я.

Господи, чего я ещё не знала о бывшем любовнике?

— Да, его отец устроил. Он сам когда-то работал секретарём консула на Эквей, вот и продвинул сыночка.

— А вы…?

— Мы проверяем сотрудников дипмиссии, но не столь тщательно. На это мы просто не имеем право.

— И они этим воспользовались, чтобы провезти телепатов.

Дерион неожиданно усмехнулся и скрестил руки на груди, ещё сильнее откидываясь на спинку кресла и вытягивая ноги вперёд под мою кровать.

— Кто они? — спросил мужчина.

Я слегка растерялась от этого вопроса.

— Альянс. Это же они стоят за всем этим? — уже не так уверено закончила я, потому что взгляд тёмного эквейта был какой-то странный.

— Посол и большая часть представительства находилась под воздействием. И как только вам с Князем удалось вывести из игры эту троицу, они пришли в себя. Ты думаешь, почему мы смогли проникнуть внутрь? Нам просто разрешили войти.

— Я не понимаю.

— У нас нет доказательств того, что Альянс всё это провернул, только косвенные. По официальной версии Стен Гутман, младший помощник секретаря господина посла, запудрил мозги двум его одарённым внукам и решил по собственному желанию и усмотрению изменить строй на чужой планете.

— Но это же бред. Стен один никогда бы на это не пошёл, — покачала головой и нахмурилась, пытаясь понять услышанное. — Они опять выкрутились? Сдали мелких сошек, а сами скрылись в тени, выступая в роли пострадавших. Вы же понимаете, что это невозможно, что Стену не позволили бы… А его вещи? Там же должно было быть хоть что-то…