Хранитель Рода Государева 2

Мечта любого мужчины. Секс-символ последних лет. Победительница множества конкурсов красоты. Не только имперских, но и мировых. Представительница одного из древнейших родов в России. Гений поколения — княжна Елизавета Багратион.

Только сейчас я позволил себе распрямиться и увидеть всех собравшихся в кабинете отца.

Помимо, узнанной мною девушки и отца в кабинете находилось ещё три человека. Из которых мне знаком был лишь один — граф Толстой Аристарх Борисович.

Двое других оказались молодыми парнями на несколько лет старше меня. Если Елизавета не нуждалась в представлении, а у того же графа на одежде имелся герб его рода, да к тому же мы уже были лично знакомы до этого, то эти парни были абсолютно без каких-либо опознавательных знаков. Лишь то, как они сидели, выдавало в них аристократов чёрт знает в каком поколении.

— Думаю, Елизавету Александровну и Аристарха Борисовича тебе не стоит представлять. — заговорил отец, а названные им люди одарили меня тёплыми улыбками. — А вот наши молодые коллеги, сегодня впервые будут принимать участие в аттестационной комиссии.

— Позвольте представиться. Граф Ламсдорф Иннокентий Викторович. — вскочил со своего места один из парней. Коренастый блондин, с широким лицом и добродушным взглядом.

Очень интересно, каким образом Ламсдорф оказался в столице? Ведь Российская империя только на днях получила право размещать свои войска в Польше, которая после этого не меняла своего статуса суверенного государства. А сейчас я знакомлюсь с членом рода, претендующего на Польский престол.

От этого становится ещё интереснее его пребывание в составе моей аттестационной комиссии. Даже если Иннокентий не наследник Ламсдорфов, его пребывание в столице может расцениваться в Польше, как государственная измена. А это полное лишение титулов, земель и казнь всех членов рода, включая стариков и маленьких детей.

Наверное, император уже не на шутку развернулся в Польше, раз Ламсдорфы сейчас находятся в империи.

— Воронцов Сергей Михайлович. — пожал я протянутую руку и удивился тому, насколько силён оказался Иннокентий.

Насколько я помню, дар Ламсдорфов связан с огнём. Лава, мага или что-то в этом роде. А парень определённо физик мне даже пришлось прибегать к небольшому усилению, чтобы выдержать его рукопожатие.

— Позвольте и мне представиться в свою очередь. Князь Салтыков Василий Дмитриевич. — поднялся второй парень.

Полная противоположность Ламсдорфа. Высокий, худощавый, коротко стриженный брюнет с бегающими глазками, словно он чего-то опасается. Кожа Салтыкова была, даже не бледной, а какой-то синюшной, словно он сильно замёрз.

Рука протянутая мне слегка подрагивала и когда я коснулся её, по телу побежали мурашки. Она была очень холодной. Живой кусок льда, без единого намёка на человеческое тепло.

Не зря говорят, что представители древних родов за века владения одной стихией становятся практически неразделимы с ней. Салтыков был тому ярким примером. Стихия льда и этим всё сказано.