Отец Иоанн (Крестьянкин)

Тяжёлый урон понесли учебные заведения Церкви: из действовавших в 1947 году восьми духовных семинарий уцелели лишь Московская, Ленинградская и Одесская. Если в 1958 году в стране насчитывалось 11 010 священников, то в 1963-м — 7236. Не менее сотни священников были осуждены, чаще всего — по надуманным обвинениям в экономических злоупотреблениях; им давали по три-четыре года лагерей. Арестовали и двух архиереев — архиепископа Казанского и Марийского Иова (Кресовича) в июне 1960-го и архиепископа Черниговского и Нежинского Андрея (Сухенко) в октябре 1961-го; последний после тюремного заключения повредился рассудком.

Начались, хотя и не повсеместно, дикие антирелигиозные выходки, больше всего напоминавшие 1920-е годы (это и неудивительно: ведь идеалом Хрущёва был возврат к «ленинским нормам»). Так, на Пасху 1960 года атеисты врывались в православные храмы Киева, Риги, Таллина, били стёкла, стреляли в окна из охотничьих ружей. Митрополит Крутицкий и Коломенский Николай описал случай, когда на Украине во время службы группа комсомольцев внесла в храм голую девушку, попыталась пронести её через царские врата и уложить на престол. Прихожане тогда вышвырнули кощунников из храма и вызвали милицию. На Пасху 1965 года, как следует из рапорта уполномоченного по делам Русской Православной Церкви по Москве и Московской области А. А. Трушина, «праздношатающаяся молодёжь вела себя очень шумно, а около некоторых храмов (Елоховского, в Новодевичьем монастыре, Всехсвятской церкви), кричали, визжали, а во время “крестного хода” оглушительно свистели». В Вербное воскресенье 1 апреля 1961 года прямо в Богоявленском соборе было совершено покушение на Патриарха Алексия — во время всенощной на него напал вооружённый ножом мужчина; как писал сам Патриарх председателю Совета по делам Русской Православной Церкви В. А. Куроедову, «лишь благодаря тому, что в моей левой руке был высокий посох, удар был нанесён не в голову, а в плечо».

Валерий Николаевич Сергеев так вспоминал начало 1960-х: «Молодёжь ловили на улицах при подходах к храмам и отправляли в милицию. Пережил лично, как на Пасху в Покровский храм Московской Духовной Академии с трудом проник через деревянные, как на войне, надолбы, с дежурившими за ними семинаристами, а заутреня началась с того, что провокаторы принялись раскачивать молящихся в битком набитом храме. За год до того в Лавском Успенском соборе на Пасху они пытались проникнуть в алтарь и зверски избили преградившего им путь архимандрита Платона (Лобанкова), впоследствии епископа Воронежского. По всей стране — персональные дела родителей, крестивших в церкви детей. Из Эрмитажа был уволен научный сотрудник, венчавшийся в церкви».