Дихронавты
- Автор: Иган Грег
- Язык: русский
- Переводчик: Voyual
- Жанр: Космическая фантастика
Электронная книга - «Дихронавты». Краткое содержание книги:
Сэт – топограф на пару с Тео – похожим на пиявку существом, которое живет у него в голове и помогает видеть то, что находится слева и справа. Тео, в свою очередь, полагается на Сэта в плане передвижения, а также переднего и заднего зрения. Как и все обитатели их мира, они представляют собой пару симбионтов, которые зависят друг от друга в вопросах выживания.
Во вселенной, где находится мир Сэта, свет не может распространяться в произвольном направлении: направления на север и восток заняты «темновым конусом». Сэт может смотреть только на восток (а если запрокинет голову, то еще и на запад), а при попытке повернуться к северу или югу его тело начинает растягиваться. Повернуться лицом на северо-восток – задача настолько же невозможная, как разгон до скорости света.
Живые существа, населяющие мир Сэта, пребывают в состоянии непрекращающейся миграции, которая следует за смещающейся орбитой Солнца и созданной им узкой обитаемой зоной. Города постоянно демонтируют с одной стороны и воссоздают с другой, а топографы тем временем составляют карты будущих безопасных маршрутов.
Вступив в ряды экспедиции к границам обитаемой зоны, Сэт и Тео сталкиваются с леденящей душу угрозой – разломом на поверхности их мира, настолько широким, что никому не под силу даже оценить его размеры. Обитаемая зона тем временем продолжает смещаться, и вскоре миграция будет остановлена непреодолимой пропастью. Чтобы спасти свой город, участникам экспедиции остается лишь одно – погрузиться в пучины неизвестности.
Сэт с благодарностью съел то, что ему передала Ада, хотя и предпочел бы получить подарок Икбала без этого тошнотворного камуфляжа. – Ты правда думаешь, что кто-нибудь мог заметить?
– А ты хочешь рискнуть?
– Икбал принес нам еды, – ответила Далия.
– Только, пожалуйста, не рассказывай об этом Марте, – встревоженно сказал Сэт.
Далия рассмеялась, будто сама идея была до очевидности нелепой. – Конечно!
– Думаешь, ему хватит ума не красть слишком много, чтобы не выдать всю эту затею с потрохами? – спросил у Ады Сэт.
– Откуда мне знать? Присутствие во время их разговоров не дает мне какого-то особого понимания их смысла.
– Само собой. – Сэт замешкался, но ему все же нужно было убедиться? – У вас с Далией есть внутренняя речь?
– Нет.
Вероятно, эта способность слишком сильно полагалась на то, что и ходок, и поперечник находились на одних и тех же стадиях развития. – Допустим. Но пока южанцы не говорят на нашем языке, мы все еще сможем утаить от них парочку секретов.
Сэт слишком долго позволял Аде себя баловать; он подполз к желобу, чтобы самому выпить воды. Рана на спине протестующе заныла, но не открылась, и ему удалось добраться до цели, попеременно двигая плечом вверх-вниз вместо того, чтобы шаркать им прямо по грязи.
Когда в его рот заструилась вода, он почувствовал землю под головой и пустоту нависавшего над ними неба.
– Мне снилось, будто мы вернулись домой, – апатично произнес Тео. – Когда я просканировал юг, то увидел горы, скалы и целые города с прекрасными зданиями.
– Мы туда вернемся, – ответил Сэт. – Но для этого потребуется сделать еще несколько шагов.
Глава 17
Сэт повернул рукоятку, и тележка, содрогаясь, покатилась вперед, но вскоре механизм заклинило. Он попытался сдать назад; ремни шевельнулись, но затем начали пробуксовывать. Он снова двинулся вперед, и на этот раз сумел провернуть рукоятку на полный оборот, прежде чем внутри протестующе заскрежетала еще одна деталь – настолько громко, что он бросил дальнейшие попытки, опасаясь сломать машину целиком.
Икбал, радостно ухая, подошел к тележке и запустил руку внутрь механизма.
– Я ведь предупреждала, что она еще не доведена до совершенства, – сказала Далия. Они с Адой отдыхали на одеяле, первыми покатавшись на новом транспорте, пока Аду, наконец, не одолела усталость.
– Все в порядке, – отозвался Сэт. – Я рад участвовать в испытаниях, пока Икбал готов возиться с механизмом. – Он ждал, вытянув до предела левую руку, которая находилась в полости, окружавшей рукоятку машины. Кушетка наверху тележки была не только удобнее всего, на чем Сэту доводилось лежать с момента, как он оказался в южном гиперболоиде, но еще и позволяла ему обозревать местность впереди, а также видеть внутренности самой машины. Правда, до возможности самостоятельно починить расшатавшуюся шестеренку или соскочивший с барабана ремень было еще далеко – пока что Сэту приходилось просто наблюдать за этим со стороны.
Тео начинал нервничать. – Они не разрешат нам участвовать в экспедиции, если решат, что мы станем для всех обузой.
– Да. Но прояви терпение. – Икбал совершил настоящий подвиг, но судя по тому, что Сэт смог разузнать у Далии, перекрученные ремни были известны уже несколько поколений тому назад, и все это время совершенствовали ради одной цели – тащить тележки по пересеченной местности. Никто и не подумал о том, что пассажир может ехать сверху и поворачивать ремни за счет ручного управления системой зубчатых передач. Какой в этом смысл? К тому же ни Сэт, ни Тео, ни Ада, ни кто-либо из жителей поселка не обладали инженерными навыками, которые позволили бы им на чисто теоретической основе определить, как именно следовало переделать механизм, чтобы органично и эффективно встроить в него эту новую движущую силу.
Икбал отошел и жестом предложил Сэту попробовать снова.
– Что он поменял на этот раз? – спросил Тео. – в его поле зрения были видны три плеча, продетых сквозь ремни тележки, но деталь, затронутая вмешательством Икбала, оставалась скрытой.
Далия передала его вопрос самому Икбалу. Сэт внимательно выслушал, тщетно надеясь извлечь пользу из последовательного ознакомления с обеими версиями. – Он подтянул… я не знаю подходящего слова.
– В его языке или в нашем?
– В твоем.
– Ладно, проехали.
Что бы там ни сделал Икбал, результат вышел впечатляющий. Сэт осторожно провернул рукоятку три раза и, не встретив никаких осложнений, решился увеличить обороты и покатил тележку вперед примерно со скоростью собственной ходьбы. Ремень грохотал и вибрировал, проезжая по мелким камням, подскальзывался и застревал в грязи, но теперь механизм, по крайней мере, не клинило из-за одних только его попыток привести машину в движение.