Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]
- Автор: Хмелевская Иоанна
- Серия: Все произведения о пани Иоанне в двух томах #1
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Разные издания
- Переводчик: Вера Сергеевна Селиванова
- Жанр: Иронические детективы
Электронная книга - «Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]». Краткое содержание книги:
1. Клин клином (Перевод: Вера Селиванова)
2. Подозреваются все (Перевод: Вера Селиванова)
3. Крокодил из страны Шарлотты (Перевод: Людмила Ермилова)
4. Что сказал покойник (Перевод: Вера Селиванова)
5. Все красное (Перевод: Мария Кронгауз)
6. Роман века (без указания переводчика)
7. Просёлочные дороги (Перевод: Нина Селиванова)
8. Проклятое наследство (без указания переводчика)
9. Колодцы предков (вариант перевода Аванта+, Перевод: Вера Селиванова)
10. Бесконечная шайка (без указания переводчика)
11. Бега (Перевод: Любовь Стоцкая)
12. Тайна (Перевод: Ирина Колташева)
13. Дело с двойным дном (Перевод: Вера Селиванова)
14. Флоренция — дочь Дьявола (Перевод: Любовь Стоцкая)
15. Стечение обстоятельств (без указания переводчика)
— Нет, директор ни в коем случае, он по характеру не подходит, — сказала я рассеянно. — Уж скорее его жена, она производит прекрасное впечатление и такая симпатичная, что ей с рук сошло бы все, что она только захотела бы. Но и в ней не сомневаюсь. Понятно, я никому не скажу. Кто ставил эти четыре тройных?
— Почему четыре? Было шесть…
— Один поставила Мария просто по ошибка, один — Завейчик, который пропал. А остальные четверо кто?
— Один поставил такой субчик, который за всеми подсматривает, он поставил следом за Завейчиком и даже сам не знал, на что поставил. Он дважды поставил. Мы его тщательно проверили, на всякий случай продолжаем караулить. Один поставил пьяный мужичок. Он поставил триплет и ещё на одного такого жокея, все на него всегда ставят, как его там…
— Куявский. Народ его любит?
— А последним поставил интересный тип. Он признался, что подслушал, как кто-то кому-то говорил, что за этими лошадьми надо следить, вот только он плоховато слышал и следил не за лошадьми Дерчика, а просто за тремя лошадьми в каждом заезде. Он полагает, что мог ослышаться, и вовсе не уверен, что разговор шёл именно об этом. Поставил просто так, на всякий случай. Теперь мы хотим из него выжать, кого же это он подслушал, но ведь все эти люди на бегах, ей-Богу, помешанные. Он пытается перебрать Одиннадцать человек, потому что не помнит, кто что говорил, а подслушивал он всех. С ума сойти! Ты хочешь услышать их фамилии и адреса?
— Плевала я на их фамилии и адреса, потому что я предпочла бы опознавать морды. Но если они с другой трибуны, то и это не получится, я их не знаю. А что ломжинские дубы?
— За ними тоже вдет наблюдение. Они вроде бы сбиты с панталыку и растеряны. Такое впечатление, что они утратили влияние на жокеев.
Я удивилась.
— Они утратили? У нас-то было такое впечатление, словно это жокеи перестали получать от них деньги. В среду все поехали поразительно честно, никто не придерживал лошадь. Я вот дожидаюсь субботы, чтобы увидеть, что же будет дальше. О, так ведь суббота уже завтра…
— Подожди-ка, то, что ты говоришь, очень важно. Все сходится. Мафия никого не подкупила, жокеи не получили денег, возникает вопрос: по чьей инициативе? Ломжинские идиоты лезут со своими деньгами, жокеи этих денег не берут, получается, что сами жокеи что-то комбинируют? Завтра, пожалуйста, приглядись как следует.
Я ехидно спросила, не лишились ли, часом, зрения подчинённые старшего комиссара Ярковского, заверила, что присмотрюсь со всем тщанием, и поинтересовалась, что сделали с машиной Завейчика. Ведь не оставили же они её перед Центральным вокзалом на разграбление ворам?
— Нет. Её отбуксировали в участок, где обследовали салон. Мы установили, что она стояла там с субботнего вечера, стало быть, последним человеком.., нет, предпоследним, потому что последним был Завейчик.., так вот, последним пассажиром, который в этой машине ехал, была эта самая Моника Гонсовская. Её вызвали пока для разговора, результатов не знаю.
— Ещё Метя. Его — на убой?
— Извини, что?!..
— Я тебя культурно спрашиваю, на убой вы Метю предназначили или нет. Если он не скажет, что знает, мерзавцы эти его прикончат, а вы все медлите. Неужели он вам так не понравился, что вы его хотите раз и навсегда стереть из списка живых?
— Наоборот. Метю сторожат, как брильянт короны. Он пользуется своей больной головой и сидит дома, ты об этом сама знаешь, а люди вокруг ждут, чтобы к нему кто-нибудь пришёл.
— Я тебя предупреждаю, что завтра он уже наверняка выйдет из дома.
— Дай ему Бог здоровьица. Эскорт у него будет что у королевы. А на беседу мы уже с ним уговорились, на понедельник. Это мы специально сделали, после субботы и воскресенья что-нибудь, глядишь, и проявится…
— Я только одно знаю, что пропало моё одеяло, — печально сказала Моника Гонсовская ещё до первого заезда. — Ни за что другое я ручаться не могу, потому что не обращала внимания, а одеяло я купила всего лишь днём раньше, в пятницу. И оно мне ужасно нравилось! Я его оставила в машине, мне как-то показалось глупо приходить с одеялом на бега, и теперь я на этом одеяле, ясное дело, могу крест поставить.