Сочинения в трех томах. Том 1

Ловко подкатив, Ролингстон ссадил своих гостей и провел их в веселую светлую комнату, выходившую прямо на море. Несколько человек уже ожидали их там и коротали время, любуясь на проказы огромных морских львов, лежавших внизу на омываемых морем утесах; зрелище это эффектно контрастировало с очаровательным уютом, царившим в гостиной. Стол посреди комнаты, украшенный до смешного огромными розами и уставленный блюдами с перезрелыми фруктами, недвусмысленно намекал на предстоящее пиршество.

— Вот мы и приехали! — возгласил мистер Дамфи; входя в комнату с тем развязным и в то же время деловитым видом, который его снисходительные друзья всегда готовы были счесть за проявление душевности и доброжелательства. — И показали отличный результат! — добавил он, вытаскивая из кармана часы. — Меньше получаса! Каково?!

Он хлопнул по спине ближайшего соседа, и тот, осчастливленный подобной милостью человека, стоящего не то пять, не то шесть миллионов, не задумался: а к чему, собственно, такая быстрота передвижения, когда едешь подышать воздухом за город в жаркий день?

— Господа, — сказал Ролингстон, обращаясь к присутствующим, — все вы, наверное, знакомы, если же нет, я вас сейчас познакомлю. Мистер Дамфи, мистер Пуанзет, мистер Пилчер, мистер Дайс, мистер Уик, миссис Сепульвида и мисс Рози Ринграунд. Мистер и миссис Рейнор из Бостона. Итак, с этим покончено. Обед на столе. Садитесь, как кому угодно, и принимайтесь за дело. Никаких церемоний, господа! Вы в Калифорнии!

Эта простота нравов имела свои преимущества. Гости непринужденно уселись, как кому хотелось; Артур Пуанзет оказался рядом с миссис Сепульвида, а мистер Дамфи устроился по левую руку от мисс Ринграунд, прехорошенькой, смахивающей на мальчугана и весьма бойкой на язык белокурой модницы.

Угощали роскошно; не хватало малого — изящества и чувства меры. Дичь была в изобилии, жирная, совершенно безвкусная. Особенно поражали фрукты. Вы надкусывали гигантский багровый персик, и мякоть его оказывалась грубой и жесткой; раздувшиеся груши, как видно, страдали водянкой и ждали хирургического вмешательства; клубника была непомерно крупной и в то же время незрелой, словно она возмечтала дорасти до ананаса и была остановлена садовником на полпути. Если бы не виноград, равно прелестный и на вид и на вкус, то все эти фрукты можно было бы счесть насмешливым комментарием калифорнийской природы к рекламным заверениям мистера Дамфи. Впрочем, гости в большинстве своем не проявляли привередливости и склонялись к восторгам мистера Рейнора, путешественника с Атлантического побережья.