Цвет тишины
- Автор: Шуленина София
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Цвет тишины». Краткое содержание книги:
Это история о дружбе. О принятии, прощении, потерях, страхах, доброте и любви. Она о людях, которых мы считаем семьей, и о месте, которое называем домом.
Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.
Содержит нецензурную брань.
* Привет, – сказал Туре на языке жестов.
* Привет, – сказал Серый. – Чай?
* Нет, – Туре покачал головой.
Он показал, как пишет в невидимой тетради. Серый вылез из вороха пледов и полез под подушку, где всегда лежала его тетрадь для общения. Он так и спал, на ней, как будто мог после этого начать слышать. Туре ходил на курсы, но жесты почти сразу забывал, и чаще всего они с Серым переписывались. Серый почти со всеми переписывался. Или просто молчал.
Сати что-то сказал Туре, но он покачал головой. Сати вывел ловкое «окей» на языке жестов. Серый так и не понял, кому оно предназначалось. Иногда Сати добавлял жесты просто так. Иногда – специально для него.
Сати предложил Туре перевести его слова на язык жестов. Но Серый так и не узнает об этом.
Серый протянул Туре тетрадь и огрызок химического карандаша. Туре послюнявил грифель, чтобы он писал ярче. Как будто Серому еще и читать было тяжело.
«Ночью играем в карты на чердаке. Приходи.»
«Слɦханет. Нисмагу Nгратъ»22, написал Серый.
«Все знают. Приходи. Будет весело».
«РNльʞи?»23
«Не видел его, не знаю. Приходи, мы тебя все ждем.»
Серый замер с карандашом над листом бумаги. Он хотел пойти, но не хотел встречаться с Рильке. Но потом подумал, что вот Рильке пусть и бегает от него. Это и дом Серого тоже. И раз его зовут играть в карты, то он пойдет играть в карты. Рильке или не Рильке.
«Харасо.»24
Буквы получились угловатые, резкие. Туре улыбнулся и кивнул. И помахал ему рукой – такое себе универсальное «пока». Сати смотрел на него из клуба дыма. На его лице была улыбка.
* Ты знал? – спросил Серый. – Про карты.
* Туре звал сегодня за обедом. Ты был в спальне. Он искал тебя, не нашел. Я сказал, ты в спальне. Он просил не говорить. Пришел сам.
* Идешь?
* Да. Если ты пойдешь.
* Рильке?
* Не знаю, – сказал Сати. – Забей.
* Само собой, – кивнул Серый. – Это мой дом.
***
Наверху кто-то наигрывал на пианино. Отдельными нотами, разными созвучиями, невпопад. Этот человек не умел играть. Но играл. Мелодия звучала сиротливая, медленная. Ровная, рассинхронная. Несколько минут Тахти просто стоял и слушал, не заходя в зал. Гадал, кто бы это мог быть. А потом осторожно приоткрыл дверь и прокрался внутрь, как домушник.
За пианино сидел Серый.
Сутулая фигурка в огромном свитере, темный силуэт на фоне темных каменных стен. Он наигрывал на пианино, собирая в руках созвучия, вибрации. Глаза его были прикрыты.
Тахти сел на пол, прижался спиной к корпусу. В зале не было никого. Только Серый. И он. И музыка. Серый играл что-то свое, что-то очень личное. Не так, как принято, не так, как учат. А так, как чувствуешь.
Тахти почти не дышал, боялся спугнуть наваждение. Серый собирал руками ноты, нанизывал их кончиками пальцев, складывал в мелодию. Его силуэт качался, а пальцы бегали по клавишам. Он дождался, пока стихли вибрации, пока растаял звук – хотя звук он не слышал. Только когда зал потонул в сумрачной тишине, Серый открыл глаза.
Он заметил Тахти не сразу. Сначала сидел и смотрел перед собой, на клавиши, на свои руки. Он прикоснулся кончиками пальцев к ушам, будто пытался перенести звук к ушам руками. И только потом заметил Тахти, который так и сидел на полу около пианино. Взгляд Серого был отстраненным, словно он не до конца осознавал, где находится, словно не узнавал Тахти, а может, и самого себя. Тахти улыбнулся, и Серый убрал руки с клавиатуры.
Тахти поднялся на ноги, прижался животом к пианино, положил на крышку ладони, лоб. Ждал. Ждал, когда Серый снова начнет играть. Серый сидел перед клавиатурой, и секунды опускались в тишину беззвучно, как несыгранные ноты. Тахти ждал. Он умел ждать.
Когда Серый осторожно опустил одну из клавиш, Тахти почувствовал вибрацию. Тон отозвался внутри него. Вибрация затронула что-то, чего не мог тронуть звук. Заколебалась, обеспокоила, утешила. Тахти стоял с закрытыми глазами. Точно так же Серый слушал, когда он играл Бетховена, давным-давно. Что он тогда услышал, что почувствовал?
Серый продолжил играть. Тепло и тоска смешивались воедино, переплетались, становились музыкой.
На лестнице гулким эхом разносились шаги и голоса. Тахти не поднял голову, не двинулся с места. Серый играл, он не слышал их. Он не слышал, как бряцнул колокольчик, и Тахти не двинулся с места. Они вошли в зал, а Тахти так и стоял, лоб на руках, и в нем все еще звучала музыка.
Серый увидел их и убрал руки с клавиатуры, вскочил, словно пианино ударило его током. Тахти поднял голову на звук, и только краем глаза успел заметить, как исчезает Серый за кухонной дверью. На спинке стула так и остался висеть его вечный темно-серый свитер.
22
Слуха нет. Не смогу играть.
23
Рильке?
24
Хорошо.