Блаженны нищие духом

Но один момент как-то прошел мимо него: слухи в следственном изоляторе распространяются очень быстро, и ни для кого не секрет, по какому делу находится в нем клиент. И уж никак не мог он предполагать, что судьба сведет его там с бывшими афганцами, взятыми за угон и налаженный сбыт краденых автомашин.

— Так ты, говорят, воевал в Афгане, браток? — К Лехе подсел обритый наголо одноглазый здоровенный мужик. Народ притих и как бы даже придвинулся поближе, в ожидании интересного разговора.

— Воевал, браток, — бодрым, но фальшивым голосом ответил ему Леха.

— Ну и как тебе воевалось, браток?

— Воевал, как все, за спины не прятался, — огрызнулся Леха, почувствовав в тоне мужика подвох.

Мужик развернулся к камерной аудитории, сделал широкий жест рукой и театрально для всех произнес:

— И за спины он не прятался. Во-от. А вы говорили…

— А пусть-ка он лучше расскажет, как в жопы погибших солдатиков героин в трубках заколачивал, — донесся откуда-то осипший голос.

Леха похолодел.

— Что ты такое несешь, Шнобель? Как ты можешь марать честь солдата-афганца такими словами? — сказал одноглазый пафосно и фальшиво.

Сиплый голос хихикнул:

— А пусть он расскажет, на чем его взяли с поличным.

— Да, пусть расскажет, — поддакнул кто-то.

Воцарилось тягостное молчание.

— Тогда я расскажу. Тут краем уха слышал, что взяли голубя нашего, когда он доставал трубки с героином из тела своего погибшего в бою товарища.

— Это правда, браток? — спросил его одноглазый, хотя всем было очевидно, что он уже в курсах. — Скажи, что это неправда!