Старый корабль

«Спокойно, — встала, глядя на девиц, урождённая Ван. — Успеем».

Она натянула кожаные перчатки, которые сняла Даси, и положила ежа на ладонь. Свободной рукой раскрыла вычищенное от внутренностей брюшко и стала стремительно набивать его каштанами, устричным маслом, рисовым уксусом, дудчатым луком, глютаминатом натрия, сухожилиями и молотым чёрным перцем… Наконец влила туда маленькую ложку соевого масла. Аккуратно зашила разрез парой стежков, туго завязала, а затем, обмазав ежа мягкой глиной, сделала из него большое глиняное яйцо. Велела Даси развести огонь и положила оба яйца печься, одновременно налив масла на горячую сковородку. Набила трепанги приготовленной Наонао начинкой, положила в чашку, дав промытым личинкам цикады выползти на поверхность. Одновременно с латунной ложкой в руке следила за кипящим маслом, чтобы облить выползших на определённый уровень личинок, которые, обваренные и уже неживые, ножками крепко цеплялись за трепангов и полностью прожаривались. Оставшийся на сковороде тонкий слой масла шёл на поджарку толстого крахмального блина; попав на разделочную доску, он прокладывался сначала чесночной пастой с кинзой, потом побегами бамбука, зелёным горошком, ломтиками ветчины, мясным фаршем, прядками куриной грудки с добавлением молотого чёрного перца и короткозерного риса, а также глютамината натрия и мелкой соли. Наконец туда попали крепко прицепившиеся к трепангам личинки цикад. Блин приобрёл форму тыковки, а отверстия заткнули комочками слипшейся лапши. К этому времени Наонао согласно указаниям приготовила ещё одну начинку, а урождённая Ван, понюхав её, мгновенно добавила немного салатного масла и рисового вина, затем нарезанное кубиками мясо, нити древесных грибов, имбирь в порошке, ещё с десяток ингредиентов, а самое главное — пряности. Хорошенько перемешав, она ложка за ложкой наполнила вычищенную от мякоти дыньку, закрыла её верхушкой и плотно прижала деревянными палочками. Тем временем из накрытого плетёной крышкой небольшого котла рядом стал вырываться пар, и Ван поставила дыньки вариться на пару на разных уровнях. А сама, взяв длинное фарфоровое блюдо, ловко сняла с плеча полоски огуречной кожуры и стала крошить их и раскладывать. Вскоре на блюде появились усики тыквы с лазурными листочками и жёлтыми цветами. Ван полила их глютаминатом натрия и рисовым уксусом, посыпала мелкой солью и заправила креветочным маслом. А когда из паровой корзинки стал доноситься благоуханный аромат, сказала: «хорош» — и велела Наонао снимать её с огня. Дыньку тут же погрузили в холодную воду, а вынув, поместили туда, где она и должна была быть — среди дынных завязей и плетей.