На крючке ярости

Перед ним, вырастая из-под земли, возносясь едва ли не до небес, вытянулась ледяная, прозрачная, но непробиваемая стена. Стрелы, беспорядочно стучащие по ней и застревающие во льду, вонзающиеся в него, почти сразу превратили укрепление в странноватого вида ежик.

— Возвращайся! — Винс, напряженно и настороженно следящий как за потомком, так и за тем, что происходило впереди, возле дверей дома, вдруг вздрогнул, — Живо назад, потомок, ну!

Альберт, которому из-за утыканной стрелами ледяной стены почти ничего не было видно, быстро обернулся и, заметив устремленный на двери поместья взгляд предка, сдвинул брови, резко кивая. На секунду застыл, словно обдумывая что-то, а затем принялся торопливо отступать, выращивая за собой одну за другой ледяные стены — непрошибаемую защиту, которую одолеть простым смертным было бы затруднительно.

В дверном проеме мелькнула светлая тень. Наблюдатели всмотрелись пристальнее; Альберт, в несколько шагов оказавшийся рядом с ними, кожей чувствуя подставу, рывком обернулся через плечо.

Впрочем, разглядеть силуэт более или менее четко им так и не удалось. Тень, скрывающаяся в полумраке за входными дверями, медленно подняла руку, сжатую в кулак и, поднеся к лицу, не то шепнула что-то, не то подула на пальцы. Через миг из полумрака выскользнула бледная распахнутая ладонь, и с нее сорвалась со скоростью арбалетного выстрела, крепкая стрела, несколько толще тех, какими осыпали стражники непрошенного гостя.

Первая ледяная стена лопнула как мыльный пузырь, пропуская ее. Последующие рассыпались с тихим звоном бьющегося стекла.

Альберт, вдруг сообразив, в кого нацелен смертельный снаряд, попытался ускользнуть от атаки, уйти от опасности, но… поняв, что в этом случае стрела достанется Венсену, лишь немного изменил положение, вскидывая руку с браслетом и устремляя всю свою силу в камень, надеясь защититься, спастись!..

Ему почти удалось. Толстая стрела, наткнувшись на защиту мага, чуть замедлилась, но вперед все-таки протолкнулась и болезненно царапнула его плечо. Нельзя сказать, чтобы рана была хоть сколько-нибудь опасной — острие вошло в кожу всего на пару сантиметров, стрела, не удержавшись, тотчас же упала на землю, но помеху великому магу все-таки создала.

Альберт опустил поднятую руку и медленно, рвано выдохнул воздух, стараясь не смотреть на окрасившуюся в красный цвет рубаху.

Его дочь, испуганная и взволнованная сверх меры, подалась, было, вперед… но тотчас же оказалась отодвинута серьезными и мрачными шуринами, в компании Винсента и Ренарда. Чеслав, в бою участия принимать не желающий, стоял, скрестив руки на груди и, привалившись спиной к карете, безучастно созерцал происходящее. Судя по всему, особенного впечатления на оборотня все это не производило.

— Что-то мне не нравится такой расклад, — серьезно проговорил Роман и, кашлянув, покосился на раненного дядюшку, — Прошу прощения, что беспокою, господин раненный, но не могли бы вы создать мне шпагу?