Рефрен Феникса [ЛП]

— В сражении в долине погибло намного больше солдат, — сказала я. — С обеих сторон.

— Да, — подтвердил Фарис.

— Это характерно для сражений между богами и демонами?

— Нет, обычно потери не так высоки, — ответила Грейс. — Мы бессмертны, но не очень-то хорошо восстанавливаем свою численность.

Это из-за кошмарной фертильности могущественных божеств, которая была ещё хуже, чем фертильность ангелов.

— Обычно демоны и боги просто красуются и обмениваются оскорблениями, иногда швыряются показушной магией, — сказала мне Грейс. — Но они сразу же трусят, как только дело приобретает серьёзный оборот.

Фарис выпятил грудь как помпезный павлин, которым он и являлся.

— Я не соглашусь с намёком, будто я когда-то трушу.

— Принято к сведению, — холодно сказала Грейс. — Но ты не можешь не согласиться с фактами, Фарис.

Он нахмурился.

— Почему Битва Катастрофы отличилась? — спросила я. — Почему потери были так высоки?

— Меня там не было, но насколько я понимаю, обстановка накалилась очень быстро, — сказала Грейс. — Обе стороны потеряли так много солдат ещё до того, как кто-либо подумал струсить.

— Первые погибшие солдаты — это те, что в горах? — спросила я.

— В основном да, — ответила она. — Благодаря Халону.

То есть, Грейс знала о Халоне и Тее.

— Халон? Что сын Авы делал в горах во время Битвы Катастрофы? — Фарис нахмурился. Он явно не знал об этом.

— Что делал Халон? Похоже, надирал задницы твоим солдатам, — сообщила ему Грейс. — Несмотря на уступающую численность его сил. Должно быть, ему было за что сражаться.

Например, за жизнь Теи.

— Ты знаешь больше, чем говоришь, Грейс.

— Да. Как и всегда, мне известно больше, чем тебе, Фарис, — ответила она с приторно-сладкой улыбкой.

— Я узнаю, что тебе известно, — он говорил спокойно и ровно, но я видела, что он буквально кипит. Холодая, угрожающая ярость сочилась из каждого его слова.

— Удачи тебе с этим, — её улыбка сделалась откровенно язвительной.

Грейс почти начинала мне нравиться. Я определённо видела, откуда я унаследовала свой нрав.

Но мне надо быть осторожной. Демоница может манипулировать мной, пытаться заставить меня думать, будто мы одинаковые. Ну, мы не одинаковые. Вовсе нет. Я не похожа ни на одного из своих родителей, ни на бога, ни на демона.

— Я видела, как небольшое количество эмоций может приумножить силы божества, — сказала я, обращаясь к Грейс. — Или же сократить их силы.

— Это правда в отношении некоторых, — согласилась Грейс.

— Ты думаешь, Ава растравила Халона, чтобы он принёс ей большую победу? — спросила я у неё.

Пронизывающий взгляд метнулся ко мне.

— Ты тоже что-то знаешь.

— И каково это — быть единственным, кто не в курсе секрета? — любезно поинтересовалась я у него.

Выражение лица Фариса служило красноречивым ответом.