Жнец [ЛП]

Мне не нравятся такие места. Они напоминают мне темницу в подвале в «Слейнте». Ту, где я разбираюсь с клиентами.

Эта мысль приходит ко мне только тогда, когда я замечаю стол, на который Сашу хотят положить. Я хватаю ее за руку, чтобы остановить, но потом вспоминаю, как она была не в духе на парковке. Ей не нужно, чтобы мои тревоги добавлялись к ее.

Когда она вопросительно смотрит на меня, я помогаю ей забраться на стол, хотя все внутри меня кричит, чтобы я этого не делал. Затем я встаю рядом с ней, так что, если лаборантка попытается что-нибудь выкинуть, ей придется иметь дело со мной.

Медсестра обсуждает с Сашей некоторые вопросы, ответы на которые я слушаю с предельным вниманием. Я чувствую, что должен знать все это. Или что, может быть, мне стоило расспросить ее обо всем самому. Я мысленно делаю себе заметку расспросить ее позже.

Они проверяют целую кучу вещей, о которых я никогда раньше не думал беспокоиться. Теперь я задаюсь вопросом, достаточно ли хорошо она питается. Или таскает ли она тяжести, когда меня нет рядом. Я знаю, что она принимает ванны. Она может поскользнуться, если меня не будет рядом. Или получит ожог в процессе готовки еды. Я как раз обдумываю вопрос с круглосуточной охраной, когда входит лаборантка.

Она велит Саше лечь на спину и намазывает живот какой-то липкой массой. Он уже округлился, и мне трудно отвести взгляд, когда я его вижу. Мне нравится осознавать, что внутри нее мой ребенок. Что я тот, кто сделал это. Не могу себе представить, чтобы это когда-нибудь понравилось кому-то еще.

Но я хочу посмотреть на создание, сотворенное мной и Сашей. Я нетерпеливо смотрю на экран, когда Саша берет меня за руку. В ее глазах снова паника, и я понятия не имею, как ее утешить. Но я стараюсь, как и обещал.

Я наклоняюсь и целую ее в щеку - ей, похоже это нравится. Теперь я часто так делаю. Лаборантка лишь улыбается на наши нежности, но мне все равно. Потому что Саша - моя. И я буду делать с ней все, что захочу.

Из динамиков доносится шум, и мы оба возвращаемся к экрану, когда датчи УЗИ-аппарата скользит по Сашиному животу.

Я вижу его. Я вижу своего ребенка. Это просто крошечное нечеткое пятно на экране, на которое указывает лаборантка. Но он есть. А еще есть сердцебиение. Сильное, как я и предполагал.

Лаборантка и Саша начинают говорить одновременно.

— Ш-ш-ш... — говорю я им.

Саша моргает и смеется.

— Ты только что шикнул на меня?

Я прочищаю горло, а мои щеки горят, когда я понимаю, что сделал.

— Я просто хотел еще немного послушать.

— Можете слушать сколько угодно, — говорит лаборантка.

Что я и делаю. Я слушаю и впитываю каждый звук в себя. Запоминаю каждую деталь на экране. Когда я, наконец, отвожу взгляд, Саша улыбается мне. Она больше не нервничает, и я рад.

— Хорошо, — говорю я лаборантке.

Она указывает на несколько вещей на фотографии и проверяет все. Она говорит, что пока не может сказать, мальчик это или девочка, но это не имеет значения. Саша вбила себе в голову, что не хочет этого знать, и я согласился, что это нормально.