Ведьма Минари (СИ)

Из избы показалась худая, изможденная женщина.

Она молча посторонилась, и хозяин, тяжело дыша, поднялся по небольшой лесенке и переступил порог. Я сползла с телеги и, схватившись за перила, попыталась подняться.

Хозяйка подхватила меня под руку.

— Кто вы? — спросила она мрачно.

— Путники, — одними губами произнесла я.

— Он тебе кто? — продолжила она допрос, мотнув головой в сторону скрывшихся за дверью бородача и Вирта.

— Муж.

— Напал на вас кто? — спросила она требовательно.

— Волки, — едва слышно прошептала я, отчего‑то испугавшись признаться.

Женщина подозрительно закачала головой, но больше ничего не сказала.

В избе похромала к Вирту, который беспокойно ворочался на лавке у печи.

— Худо дело, жар у него. Травницу звать надо, — покачал бородач головой.

— В баню их надо, — твердо сказала женщина. — Баня она любую хворь выгонит. Пойду печку затоплю, а ты, воды пока натаскай.

Они оба вышли, а я прижалась щекой к груди Вирта и прислушалась к неровному дыханию. Возможно, мне показалось, но рядом со мной, он начинал спокойнее дышать, и уже не так сильно ворочался, и сердце его билось ровнее. Осторожно положила руку ему на бедро. Закрыла глаза и попробовала опять увидеть нити его магии. Мне удалось, но от этого не стало легче — все было плохо. Чернота увеличилась еще на целую ладонь и по — прежнему продолжала расширяться.

Магдалена вернулась и вынула из сундука два больших полотнища.

— Ступай со мной, поможешь.

— Не могу, — покачала я головой и объяснила, — ему становится хуже, без меня.

Она мрачно покачала головой и опять вышла.

Вскоре вернулся ее муж и взвалил Вирта на плечо. Мы вышли из дома и перешли в натопленную баню. Бородач сгрузил Вирта на широкую лавку и вышел.

— Раздень его, — приказала мне Магдалена и поставила на табурет рядом с нами свечу и котелок с горячей водой.

Я начала осторожно снимать с него одежду, но стоило свету упасть на черные струпья от зубов на его ноге, как лицо женщины исказилось от ужаса, она взвизгнула и, опрокинув табурет со свечой и кипятком, выскочила за двери.

— Загрызень! Загрызень в бане, — как безумная закричала она, и задернула снаружи двери на засов. Вслед за дверью захлопнула ставни, погружая баню в сумерки.

— Дрон, Дрон, он укушенный! — выла за дверью Магдалена. — Слышишь, дубина, чего ты застыл?! Хворост тащи, подпалить их надо.

От этих слов мурашки побежали по спине и я наконец очнулась. Как могла быстро прохромала к двери и заколотила в нее.

— Откройте! Что вы делаете? Отоприте, слышите?! Откройте дверь! Он же спас вас! Если бы не он, вашей деревни уже не было бы, он целую стаю загрызней уничтожил. А вы его сжечь хотите.

В дверную щель увидела, как Магдалена, мечется от поленницы до бани, таская хворост. Дрон растерянно застыл посреди двора. Наконец он тряхнул головой и позвал.