Transformers Prime: Fury of Destiny (СИ)

Они вышли на улицу и Джонсон зевнула. Когда шестерня отобразила знакомый спорткар, то воин потянулся и погладил передний бампер тачки.

— Моя лапочка, — умиляется. — Интересно, сколько она максимально разгоняется?

— Даже не думай, —спокойно проворчала Ал, мотая головой. — Иначе я не поеду.

Он вздохнул и пригласил подругу в машину. Уселись поудобнее, как в небе засияла Луна, что освечала половину салона. Органика расплылась в легкой усмешке и утопала в мягком сидении. Когда они дали газу, авто двинулось по дороге. Первые 5 минут они оба молчали, даже не чихая или кашляя.

— Ну? —спрашивает Смоук. — Что там у вас по правилам, просвяти меня, учитель.

— Н-ну, —она смущенно отвела взгляд и стала объяснять правила на дороге. Они казались крайне скучными, но голос Ал заставлял этот инцидент исчезать. Девчонка говорила словно ангел и объясняла доступно.

— Значит красный-стоп, жёлтый-приготовиться, зелёный-вперёд? —и проезжая по дороге Джаспера, выехали навстречу к светофору. — Пф, звучит несложно.

— Вот впереди тебе практика. Говорит желтый, а значит…

— Время мчаться вперёд, и пусть другие глотают пыль! —он надавил газу и спорткар метнулся по дороге. Как бы та ни пыталась остановить криками, возгласами, они неслись, сломя голову. На светофоре стал гореть красный, а у самой белоц линии Смоукскрин идеально затормозил и остановился, давая 2 людям пройти. Он засмеялся так искренне и сказал:

— Видела бы ты свое лицо! Испугалась?

— Конечно! Ты дурак! —Альба слегка ударила его по светлой башке, а тот одной рукой взял ту за подбородок и отвернул от себя, издеваясь. — Убери руки!

— Как скажешь, учи-итель, —подмигивает и едет умеренно вперёд. — Ты голодна?

— Я бы выпила что-нибудь, —сказала.

— О, отлично! —чеширская улыбка так заставляет Джонсон смущаться.

— Кофе.

— Скучная… —печально проскулил он.

Тоска пополам с надеждой переполняла гонщика при виде разрушений, свалившихся на плечи автоботов. По дороге он разговорился и уже перешёл на тему о жизни на их планете.

Смоукскрин мог бы расписать при большом желании, как это должно было происходит, привести массу примеров, испробованных на практике военными отрядами, почерпнувшими технику из писаний древних. Но сейчас ведь нужно не это, верно? По голубым глазам юноши она поняла, что он тоже переживает за свою родину, за своих друзей.

— Почему ты такой? —вдруг спросила она.

— Какой такой? —не понял.

— Строишь из себя бесячего придурка, что рвется в бой, но ты не такой. Ты боишься…потерять все, что у тебя осталось, почему ты так скрываешь все в себе? Есть кто-то, кто знает твою искру лучше всех?

— Бамблби, только он, — серьёзно закончил он и остановился на заправочном заведении. — Он знает меня лучше всех, мы с ним с самого знакомства на гонках. Искры наши давно знают друг друга.

— И Бамблби наверняка тоже скажет, что ты больше придуряешься, клоун какой-то, —задорно заявила.

— Что такое ‘клоун’? —с любопытством наклонил голову, точно сова.

— Человек, который смешит людей вокруг, а инонда это даже и работа, но в общих чертах лбди воспринимают это как за дерзкое словечко.

— То есть ты сейчас издевалась надо мной? —вопрос был по тону риторическим, так что она даже не собиралась отвечать. Он приблизился к ее лицу и задумчиво всматривался в ее глаза.

Удивлённый взгляд парня пробежал по ее порозовевшему лицу. Смоук вытащил с волос пух и откинул его в окно.

— Пух в волосах, —отвечает спокойно.

Она закусила губу и кивнула, забирая у него маленький контейнер с очками.

— Что это? —интересуется.

— Очки, с их помощью я лучше вижу. У меня зрение плохое. Да и я ношу их постоянно, иногда сама забываю. — отмахнулась та. — Дома я вообще очки надеваю.

— Насколько ты плохо видишь? —кинул тот вопрос.

— Настолько, что я даже тебя фрагментально вижу, —стоило ей только это сказать, как резкое движение за Смоукскрином засиавило девушку вздрогнуть, так как он уже который раз нарушает их пространство, дружеское пространство. Девушка выпучила глаза.

— А так меня видишь? —он смотрит без эмоций, просто наблюдает, пока та рассмотрит его и прекратит все эти возмущения про зрение. — Сколько пальцев я показываю?

— Да ну тебя! —она оттолкнула его от себя. — Несмешная шутка.

— Бу-бу, ты как Рэтчет, ворчишь и ворчишь, хоть бы улыбнулась, —и он ей демонстрирует свою радостную улыбку. — А то морщины будут от хмурости, вот, до чего нашего старика Рэтча довело.

— ТЫ ЧТО ЗА СМЕЛЫЙ?! —на сей раз она ударила сильнее, а он только показал язык. — Угомонись. Ясно? Возвращаемся обратно. Надоел ты.

— Я не хотел обидеть, Альба, —Смоуки положил руку на ее плечо и крепко сжал. — Ты просто мне кажешься спокойной, и мне так комфортно болтать с тобой и совсем тупых темах, даже если осудишь. Пожалуйста, я не люблю обижать таких милых и ранимых органик. Мне нравятся люди.

— Ты что, доверяешь мне?!

— Я тебе спорткар доверил, это наивысший уровень моего доверия, —ответил. — Ты надёжная и умная, поэтому я дал в руки тебе свою машину, и она приняла тебя, иначе бы ты получила ток, ха-ха, упс.

— Ну все, ты договорился, —она стала его хлестать по плечу. — Я могла ТОКОМ ШИНДАРАХНУТЬСЯ.

— Да не могла, я шучу, частично. Машина автономна на мне, она связана с моей искрой, а значит, она бы не тронула тебя, так как моя искра чувствует всплески радости с тобой. Ты друг, машина не тронет.