Электронная книга - «В интересах государства. Аудиториум». Краткое содержание книги:
Кто-то скажет, что мне повезло. Ведь здесь я, обычный студент из неблагополучной семьи, обладаю сверхъестественным даром и дворянским титулом.
Но только кто тогда все эти люди с автоматами?
Или дело было в этом? Могла ли Ирэн понадобиться Радаманту?
— Твою мать… — я обхватил голову руками, опасаясь, что она сейчас взорвется от потока предположений.
— Чего выражаешься? — хмуро бросила девушка, выруливая на асфальтированную аллею. Перед нами уже высились готические башенки особняка.
Я повернулся к девушке, стараясь не мешать ей переключать передачи.
— Ты же менталистка. Скажи, а могло ухудшение состояния Матильды быть рукотворным? — Спросил я. — Мог ли кто-нибудь со злым умыслом что-то подкрутить у нее в мозгах, чтобы ей стало хуже?
Ирэн резко ударила по тормозам и повернулась ко мне с округлившимися глазами.
— Ты что такое говоришь?
— Просто ответь. Могло такое быть?
— Теоретически — да… — она замялась. — Но это должен быть сильный менталист. Не ниже третьего ранга. Ну или какой-нибудь самородок вроде тебя, но только более умелый. Это очень тонкая работа, а уж чтобы сделать ее незаметной для лекарей, нужно обладать большим опытом и знаниями…
— Но это все-таки возможно, — надавил я.
— Да. Миш, ты хочешь сказать…
— Ага. Не стоит сбрасывать со счетов это предположение. Не знаю, чем оно нам поможет, да и выяснить причину мы вряд ли сможем…
— Или сможем, — процедила девушка.
— Как?
Ирэн побарабанила наманикюренными пальчиками по рулю.
— Великий князь Александр Константинович. Он не только менталист, но и Романов. И он умеет считывать следы воздействия, помнишь? Он ведь смог определить, что Радамант принадлежит к императорской фамилии. Может и сейчас получится. Если бы могли показать ему Матильду…
Я аж поперхнулся.
— Ир, как ты себе это представляешь? Двое вчерашних школяров заваливаются во дворец к Великому князю и просят проверить, сама ли поплыла мозгами наша баронесса или ей помогли?
— А что? — с вызовом ответила девушка. — Других вариантов это выяснить у нас нет. К тому же Александр Константинович дружен с дядей Вальтером. Я попрошу его устроить нам встречу. Вряд ли он откажет — тетя ему очень дорога.
Этого сценария я и опасался. Но не знал, как осторожнее намекнуть Ирэн, что Корф тоже мог быть заинтересован в случившемся, не вызвав на себя гнев девушки. Она безоглядно ему доверяла, а вот верить мне причин у нее было куда меньше. Может, конечно, и я перегибал с подозрительностью, но ведь Пистолетыч и правда проходил по первичным параметрам: менталист высокого ранга, опекун Ирэн, вхож в дом, мог иметь какие-то свои умыслы…
Но пытаться убедить в этом Ирку, да еще и сейчас, когда она и так была на взводе, казалось мне самоубийством. Только отношения испорчу, а сейчас мне нужен был союзник. Поэтому сперва лучше добыть хоть какие-нибудь аргументы в пользу этой версии.
— Не думал, что скажу это, но пока лучше повременить с этим шагом. Не стоит дергать ни Корфа, ни Александра Константиновича, пока Матильда не очнулась, — осторожно посоветовал я.
Ирэн мотнула головой.
— Нет, я точно хочу знать. Если кто-то посмел навредить моей тете, я его… Я…
— Спокойнее. Нужно как следует обдумать, кто и зачем мог это сделать. Матильда не кажется мне человеком, у которого много врагов.
— У нас их и нет, — Ирэн снова поддала газу, и мы въехали во двор к гаражам. — Странно, что я сама раньше не додумалась. Просто все казалось так естественно… Когда-то давно лекари нас предупреждали, что последствия травмы могут аукнуться с годами. А ведь я должна была предположить, что могло быть и внешнее вмешательство. Ну я и дура!
Я выбрался из Македонского, подхватил корзину и подал руку Ирке.
— Пока помалкивай о догадках, хорошо? Я не знаю, кому можно доверять.
— Думаю, это дело рук Радаманта. Он уже играл с моей головой. Мог залезть и к тетушке.
— И зачем ему это?
— А зачем он меня заколдовал? — прошипела девушка. — Поиздеваться. Показать власть и ненависть к дворянскому сословию. Заставить нас страдать!
— Не знаю… Не вяжется это у меня как-то… Все равно пока лучше не болтай.
Она не ответила — лишь бросила на меня злобный взгляд. Я понимал, что эта ярость не была направлена лично на меня. Ирка всегда бесилась, когда чувствовала себя дурой. Злилась она сейчас только на себя. Одна беда общения с менталистами — если уж они позволяли себе проявлять чувства в полную силу, то фонило от них нещадно.
Я открыл входную дверь и пропустил девушку внутрь. На шум сбежались слуги, помогли нам раздеться и забрали корзинку.